Книга Любовь, рожденная в аду, страница 59 – Светлана Тимина

Страх был настолько глубоким, что с каждым его шагом по комнате она чувствовала, как её тело обвивают невидимые цепи. Она пыталась найти хоть какой-то выход, хотя бы взглядом, хотя бы движением, но её тело было, как замороженное. Она не могла даже сделать первый шаг, не могла вернуться к своей гордости.

Это не будет длиться вечно. Я буду бороться. Просто нужно пережить… пережить это. Но в голове крутились мысли, что этот момент может быть слишком долгим, слишком болезненным. Он не остановится. Он будет с каждым моментом всё ближе, всё сильнее. И я… я ничего не смогу сделать.

Она чувствовала, как её самообладание исчезает, как её нервы рвутся, но она всё же не могла сдаться. Нужно подождать. Надеяться. Кто-то придёт. Всё будет хорошо... если я буду держаться.

Но всё равно внутри неё был холодный, глухой страх — страх, что она может не выдержать. Страх, что спасение никогда не придёт.

Она потеряла бдительность. Потому что Кей достал из шкафа самое страшное орудие пытки, которое она только могла представить.

Джулия сидела на постели, стараясь не двигаться, чувствуя, как страх сковывает её изнутри. Всё внутри неё замерло, когда она осознала, что Кей знал о её прошлом, знал о том, что её преследует одна из самых страшных фобий. Он знал, что она боится увидеть насилие снова, особенно когда оно связано с близкими людьми. И теперь её собственный страх был его инструментом.

Он смотрел на неё с таким холодным интересом, будто изучал её уязвимость, её самую глубокую травму. И он знал, что это будет больно. Знал, что эта слабость будет её проклятьем, потому что не было способа скрыться от того, что он знал.

— Ты помнишь, как это было? — спросил он, его голос был как лёд, ровный и бесстрашный.

И словно в доказательство своих намерений щелкнул длинной плетью по полу.

Джулия прочувствовала, как сознание ускользает. Ее парализовало от ужаса.

— Встань и подойди к стене. Возьмись руками за кольца. Давай, девочка, у тебя нет выбора. Я не твой отец. Я могу и передумать.

Она даже не поняла, что ужас заставил ее встать на ноги.

Воспоминания нахлынули, как мощная взрывная волна.

…В конюшне пахло сеном и навозом. В тот день было холодно, пар из ноздрей лошадей казался серым зыбким туманом.

В чем провинился Стефано, она уже не помнила. Возразил отцу или отказался выполнить его приказ. А может, повода не было. Он всегда ненавидел ее брата, потому что он не был похож на него.

Её отец, строгий и беспощадный, велел ей смотреть. Джулии тогда было десять лет всего. Еще не проснулся бунтарский дух, который подарил ей свободу ветра в забрале шлема и свободу запредельной скорости. Пока был жив отец, Джулия и не мыслила о дерзкой независимости.

Стефано пытался вырваться, но Матео ударил его кулаком в живот. От удара Стеф упал на колени. Отец рывком сорвал с него куртку и разорвал рубашку, заставив Джулию застыть в ужасе.

— Смотри, - велел он ей. – Не смей отворачиваться. Иначе разделишь его участь!

«Мама! Мама!» - беззвучно кричала напуганная Джули, но отец в тот день предусмотрительно закрыл все двери их особняка и велел всему персоналу дома не вмешиваться под страхом смерти.

Джулия знала, что иногда лошадей бьют плетью. Ей всегда было страшно и больно на такое смотреть. Но сейчас эта ужасная плеть была в руках у ее отца…