Книга Бывшие. Врачебная Тайна, страница 32 – Маргарита Дюжева

Последняя мысль немного гасит восторженный трепет в груди, напоминая где я, кто я, и как меня судьба привела в эту точку.

Смятение жуткое. Но что хуже всего, я чувствую, как неровно бьется сердце. Ему не все равно, оно хочет видеть Арсения, и плевать, что может быть больно.

Перед выходом кое-как удается найти баланс и договориться с самой собой. Просто поблагодарю его, за то, что не оставлял все это время, за те мини-ролики с участием матери, которые он присылал каждый день, за банальную человеческую заботу.

— Просто скажу ему «спасибо», — киваю самой себе в зеркало и выхожу из квартиры.

Вызвав лифт, задумчиво перебираю бусины на ручке сумочки и готовлюсь к встрече с матерью. Уже представляю, какой ворох претензий она сейчас на меня выплеснет. А что делать не понятно. Уличить во лжи — так криков еще больше будет, сделать вид, что все как всегда — а оно мне надо? Еще больше подкармливать ее стремление к манипуляциям?

Дилемма.

Тем временем лифт распахивает дверцы. А там…

Там та самая девушка, которая вчера показалась мне знакомой. Теперь я вспомнила, где видела ее до этого. В соцсетях на фотографиях с Арсением.

А сам Вольтом стоит рядом, опустив взгляд в телефон, и что-то неспешно листает, не замечая моего появления.

У меня подкашиваются ноги и становится горячо-горячо где-то в глубине легких. Горячо и горько. А еще накатывает опустошение. Такое ошеломляюще неотвратимое, что весь воздух выходит из легких со сдавленным сипом.

Вольтов поднимает на меня взгляд, и в нем проскакивает неприкрытое удивление:

— Алина?

— Здравствуйте Арсений Валерьевич, — голос не подводит. Звучит сухо и по-рабочему. Я спокойно захожу в кабину и, развернувшись лицом к дверям, встаю перед ними.

Не оглядываться! Не вздыхать! А самое главное не показывать, что мне есть какое-то дело до его цацы.

Мы давно посторонние друг другу. Он всего лишь врач, которые лечит близкого мне человека. Только и всего.

— Арс, вечером заедешь за мной? — спрашивает девица, не подозревая, что каждое ее слово ржавым гвоздем впивается в душу, — или опять на дежурстве?

— Пока не знаю.

Он звучит напряженно, но у меня нет сил вслушиваться в его интонации.

Он бывший. У него своя жизнь и своя битва. И все, что я к нем испытываю — это просто благодарность, приправленная обидами и воспоминаниями прошлого. Только и всего. Осталось убедить в этом себя.

Я чувствую тепло, идущее от него, и это почти больно. Внутри дрожит и рвется натянутая струна. Поэтому, стоит только дверям распахнуться, я вылетаю из лифта, так словно за мной гонятся демоны. Выскакиваю из подъезда и тут же прыгаю в удачно подъехавшее такси.

Всю дорогу таращусь в окно и пытаюсь найти точку опоры. Мне никто ничего не должен, то, что я себе придумала — это только мои проблемы. Мои фантазии. В реальности все проще. Все это время Вольтов не стоял на месте, а жил полной насыщенной жизнью. Учился, работал, рос по карьерной лестнице и заводил романы. В отличие от меня. А я…

А что я? У меня, зато дочка есть. За это еще одно «спасибо» в его копилочку.

Невесело усмехаюсь своему размытому отражению в окне.

Ох, дурочка ты, Алина. Дурочка.

Становится грустно, но в то же время правильно. Я отпускаю его и молюсь, чтобы когда-нибудь отпустило меня саму.

Подъехав к центру, с немалым удивлением обнаруживаю, что машина Арсения уже на парковке. Это как же он гоняет? Безумный.