Книга Запрещаю влюбляться, страница 97 – Кристина Лин

Когда машина останавливается во дворе, я с замиранием сердца захожу в дом, ожидая разборок по полной программе, как мама это умеет. Но никто не встречает меня. Зато из кухни доносится странное исполнение «Ой, цветет калина» в несколько голосов. Причем, мамин, самый звонкий, звучит до жути фальшиво.

Захожу на кухню. За столом сидят мои родители, а с ними Вова. Стол заставлен тарелками с едой, и по поводу полной сервировки никто не заморачивался. Судя по пустой таре, это уже не первая бутылка конька. А, судя по громкому пению, пикник длится уже не первый час.

— Добрый вечер, — говорю, привлекая к себе внимание.

Все трое участников торжества, как по команде, поворачивают головы в мою сторону.

— Доча, здравствуй, — мямлит мама заплетающимся языком. — А мы тут ужинаем. Будешь с нами?

Я еще раз оглядываю стол, и понимаю, что ужинать мне как-то резко перехотелось.

— Нет, спасибо. — Говорю.

— Ну и зря, — мямлит папа. Ему явно хватит, но он не сдается.

Я переглядываюсь с мужем. По его лицу не сильно заметно, что он пил. Взгляд такой же ясный, как и всегда. Выхожу из кухни и иду в спальню. Принимаю душ и забираюсь в постель.

Уже засыпая, слышу, как двери в спальню открываются. А, открыв глаза, вижу, как Вова раздевается, кидая одежду на кресло.

— Что ты делаешь? — Спрашиваю, резко приподнимаясь на локте.

— Хочешь объяснить родителям, почему мы спим в разных спальнях? — Спрашивает с издевкой в голосе, снимая брюки. — Вперед!

Конечно, я не хочу им ничего объяснять.

— Мы так не договаривались, — пытаюсь отстоять свои позиции.

— Мы вообще ни о чем не договаривались. — Невозмутимо отвечает он, укладываясь в постель и накрываясь одеялом.

— Ты будешь здесь спать?

— Не жадничай, тут полно места. — Говорит он, удобно укладываясь на подушке.

От его наглости у меня отвисает челюсть.

— Спи, у нас на завтра планы. — Зевает он.

— Какие планы?

— Пойдем твоим родителям столицу показывать.

Сегодня он их споил, а что же завтра-то будет? Я за всю жизнь не припомню случая исполнения хита «Цветет калина» во все горло. Мама всегда была строгой и внимательной, а папа во всем соглашался с мамой.

— А разве у тебя завтра нет никаких важных встреч? — Так и хочется съязвить. Несмотря на то, что утром мы почти разводились, теперь ситуация развернулась так, как я и предположить не могла.

— Уже нет. Все отменил. Спи.

— Даже не думай ложиться на мою половину кровати. — Меня злит, что он все решил, меня не спросив. Врожденное упрямство так и рвется наружу. Аж распирает. — Вот тут середина, — провожу рукой, — это моя половина, а это твоя. Ложись так, чтобы не касаться меня.

Он резко переворачивается, приподнимаясь и наваливаясь на меня всем телом. Я пытаюсь его оттолкнуть, но он ловко обхватывает мои запястья и поднимает мои руки у меня над головой, придавливая к постели. Пытаюсь вырваться, ерзая под ним, но это бесполезно.

— Хотел бы, уже бы давно коснулся. — Шипит он мне в лицо, опаляя запахом алкоголя. И я сразу понимаю, что он не шутит. Ловко двинув бедрами, он вклинивается у меня между ног. И, ощутив, как в промежность упирается внушительных размеров бугор, я резко перестаю ерзать.

— Спи, — выдыхает мне в лицо. Медленно разжимает руки и перекатывается на свою половину кровати. Отворачивается от меня, накрываясь одеялом.