Книга Его сладкое проклятие, страница 102 – Кристина Лин

— У тебя какой-то странный голос, — снова послышалось из трубки. — Точно все хорошо?

— Да, хорошо. — Я отключила звонок и отправилась в ванную.

Уже через час я сижу на полу в ванной, а вокруг меня разложены тесты на беременность. Около двадцати штук, на которых видны, где-то четкие, где-то неявные, две полоски. А есть даже такие, с которых на меня смотрит радостный плюсик. И я сижу в окружении этих полосочек и модных пластиковых штучек с результатом, и не верю своим глазам.

Непривычное волнение охватило меня. Я настолько не ожидала, что мозг не сразу сообразил, что радоваться ведь надо. Поэтому я дико торможу, тупо пялясь на тесты. Из раздумий меня вырывает звук открывшейся двери, которую я даже не заперла на засов.

Петя напряженно смотрит на меня, считывая мое состояние. Не понимаю, что он делает в доме так рано, он ведь позже возвращается обычно. Но он скользит взглядом по моему лицу, пытаясь понять, что меня так взволновало, потом смотрит на разложенные вокруг меня тесты. Тихо подходит ко мне, опускается на корточки, берет первый попавшийся тест в руку, внимательно смотрит, и я вижу, как рука его начинает дрожать.

Он садится на пол рядом со мной, все еще продолжая сжимать в руке тест. Я молча жду от него каких-то вопросов, но он молчит. А, когда по его щеке скатывается слеза, я выхожу из ступора, тянусь к его лицу, прижимаю к себе голову, нежно поглаживая. Тут же отрываю его от себя, чтобы поцеловать. Нежный поцелуй, с соленым привкусом слез и такого нежданного счастья.

— Не надо слез, — шепчу, даже не чувствуя, что моим щекам льется потоп. — Это ведь хорошая новость. — Успокаиваю его, поглаживая по волосам.

— Лерка моя, — прошептал едва слышно, глотая слезу и притягивая меня к себе за талию, усаживая к себе на колени. — Я думал, ты никогда мне не простишь. — Выдохнуть с горечью в голосе.

— Я тебя давно простила. Сама виновата. — Прошептала ему куда-то в шею, сладостно вдыхая его запах, смешанный с ароматом его парфюма.

— Нет, ты ни в чем не виновата. Это ведь из-за меня все… я должен был остановить тебя тогда. Я так виноват, Лерка. — Полилось из него, словно поток, сдерживаемый столько лет, и который теперь прорвало. — Это все я виноват. Ты была права, что ненавидела меня, — его слова захлебнулись о мой всхлип. Я тоже себя не контролировала, позволяя непролитым слезам выйти.

— Нет, Петя, не говори так. Мы оба виноваты. — Я всхлипывала все громче, но сейчас мне это было необходимо. Я столько лет держала в себе эти слезы, не позволяя себе раскиснуть, что теперь они душили, сдавливая горло.

— Я так люблю тебя, Лерка, — прошептал мне в ухо, обжигая дыханием. От его тона душа рвалась на части, он был из самой глубины души, куда Петя много лет никого не пускал. — Какой же я был дурак. Отпустил тебя зачем-то.

— И я тебя люблю, — выдохнула со всхлипом, прижимаясь к нему все теснее. Почувствовала его крепкую хватку у себя на талии, и от этого стало привычно жарко. — Больше не отпускай.

— Больше не смогу, — выдохнул обреченно.

«Настоящие истории любви никогда не заканчиваются».

Ричард Бах

Петр.

Девять месяцев спустя.

— Возьмешь его на руки? — спрашивает меня Лера, кивая в сторону кроватки.

— Может, лучше ты? Он такой маленький. Еще что-то ему сломаю. — Говорю, а Лера хохочет.