Книга Развод. Искушение простить, страница 67 – Ася Вернадская

Что она говорит? Как такое возможно? Через дверной проём я видела, как застыл Макс. Он смотрел на неё так, будто видел впервые, и этот взгляд был полон такого презрения, что даже мне стало не по себе.

Валерия повернулась и в дверном проёме увидела меня. Её губы медленно растянулись в улыбке. Точнее, это даже была не улыбка, а хищная гримаса победителя, наслаждающаяся моментом абсолютного превосходства.

— О, Аня, привет. Можно же уже на «ты»? Ведь мы скоро станем практически родственниками. Поздравь нас! Скоро наш Максим станет папой! — Она сделала паузу, явно наслаждаясь эффектом, а потом, не отрывая взгляд от Максима, добавила:

— Впрочем… Учитывая твою амнезию, тебе придётся поверить мне на слово. Но я-то всё помню в мельчайших деталях. Как ты шептал мне в ту ночь… Какие сладкие обещания давал…

Максим резко поднялся из-за стола. Его лицо было белее бумаги, а на виске пульсировала тонкая жилка.

— Ты врёшь, — выдохнул он. — Я к тебе даже не прикасался. Ни в Питере, ни где-либо ещё. Это… Это просто бред.

— О, милый, — она плавно шагнула к нему, — как же трогательно ты пытаешься это забыть. Наверное, твоя психика так защищается от стресса. Удобно, правда? Но факты — штука упрямая. Или ты всерьёз хочешь заявить, что я… сама от себя забеременела?

— Выйди, — процедил Максим.

— Что, дорогой? — она растянула слова с притворным недоумением.

— Я сказал — выйди! — он резко ударил кулаком по столу, и россыпь ручек взметнулась в воздух, будто испуганные птицы. — Немедленно, чёрт возьми!

Валерия лишь растянула губы в ещё более широкой, почти неестественной улыбке.

— Окей, поняла. Тебе надо время, чтобы переварить. Но сразу предупреждаю: я от тебя не отстану. Ты будешь обеспечивать своего ребёнка, точка.

Она сделала шаг назад, но взгляд не отвела, наоборот, будто прицеливалась, выбирая, куда ударить больнее.

— Или тебе напомнить, как медиа обожают такие сюжеты? «Успешный ресторатор кинул беременную подругу» — представляешь заголовки? Твой «Солнечный уголок» такого позора не вытянет. Репутация — штука хрупкая, а скандалы липнут надолго.

Валерия развернулась с видом победительницы и выплыла из кабинета, эффектно покачивая бёдрами, будто шла по подиуму. За ней потянулся густой шлейф дорогих духов.

Меня будто приковало к стулу. «Это реальность? Или я в каком-то дешёвом сериале?» — пронеслось в голове.

— Аня, — Максим вошёл ко мне в кабинет, — послушай меня. Это неправда. Клянусь всем, что у меня есть — я с ней не спал. Я не помню ту ночь, да, но я точно знаю — этого не было. Понимаешь? Я не мог так с тобой поступить. Это её игра, её грязный сценарий, и пока я не понимаю, зачем ей это надо.

Я смотрела на него, пытаясь сквозь волну паники выцепить хоть крупицу лжи в его взгляде. Но там не было ничего похожего на враньё, только чистый, неприкрытый шок, кипящая ярость и отчаянное бессилие.

— Да, я ещё не всё помню после аварии. Но я помню поездку, помню переговоры, помню, как мы с тобой созванивались вечером… Я был в своём номере один, чёрт возьми! Даже отцу звонил с гостиничного телефона, мы тогда ещё поспорили о…

Он резко замолчал, с силой сдавив виски пальцами, будто пытаясь физически вытащить нужные воспоминания из глубины памяти.

— Блин, я не могу всё разложить по полочкам прямо сейчас! Но я точно знаю: её у меня не было. Ни в номере, ни рядом, нигде! Это просто невозможно.