Книга Тайны Нового Орлеана, страница 20 – Хелен Берд

Итан кивнул:

— Итан Уильямс, детектив полиции. Очень приятно познакомиться, мэм.

Вивьен окинула его проницательным взглядом.

— Давно ли тебе вообще было что-то приятно… – пробормотала она якобы себе под нос, но Итан хорошо расслышал ее и нахмурился.

Ему не нравился намек в ее тоне.

— О чем вы? – резко спросил он. Эмма вскинула ладонь, останавливая его.

— Итан…

— Я хорошо разбираюсь в людях. – Вудуистка взглянула на Итана. В ее темно-карих глазах таилась странная мудрость, которую редко замечаешь в других. – Я их на своем веку повидала достаточно. И тех, кого что-то гложет, вижу сразу.

Никакой магии. Просто психология. Если честно, Итан всегда считал придурью все эти походы к специалистам в красивых кабинетах, которые получали деньги, слушая рассказы о твоих детских травмах. Если ты не в состоянии пережить свои проблемы, никто другой не поможет. Но Вивьен смотрела на него внимательно, и от ее взгляда невольно пробирало дрожью.

Будто она сунула руку в его внутренности и разворошила их, вытаскивая наружу неприглядные куски плоти.

— Он тот еще скептик, – улыбнулась Эмма, пытаясь смягчить его резкость. – Но мы к тебе по делу. Ты же слышала про смерть девочки на кладбище?

Вивьен кивнула и, к удивлению Итана, размашисто перекрестилась.

— Не дай Бондье такую смерть, – произнесла она. У нее был тягучий, глуховатый голос. Эту женщину легко можно было представить распевающей жутковатые ритуальные напевы. А еще – гипнотизирующей других людей, чтобы они выполняли ее волю. Или волю духов, в которых они там верят. – Бедная малышка…

— Коронер утверждает, что ее загрызли собаки, – продолжила Эмма, внимательно наблюдая за реакцией Вивьен. Итан тоже наблюдал и был готов руку на отсечение дать или заложить все свои зубы, что, будь женщина белой, она бы с лица сбледнула.

— Если бы ее загрызли собаки, вас бы здесь не было. – Она подошла к двери, перевернула табличку со стороны «открыто» на «закрыто». – И вы не хуже меня знаете, что собаки там ни при чем.

Итан весь подобрался. Вивьен что-то знала. Абсолютно точно, черт подери, знала. Эмма едва заметно качнула головой, показывая: не лезь.

— Если собаки ни при чем, тогда кто?

Вивьен вернулась за прилавок. Вытащила небольшую доску и тканевый мешочек.

— Вы нравитесь духам, иначе никогда бы не переступили кирпичную крошку. – А, вот что это было, растолченный кирпич? Итан что-то слышал об этом суеверии, но не обращал раньше внимания. – Но лоа редко бывают благосклонны к тем, кто сует нос в их дела. Смерть этой девочки была предопределена.

— Кем? – не выдержал Итан. Вспомнил окровавленную Кейт и безумные глаза Мари, и кровь вскипела, а злость полилась через край. – Психом, который думает, что пожирать людей – это очень здорово? Людей убивают люди, мадам, а не духи!

— Итан!

Вивьен даже не обратила внимания на выпад. Положила доску на прилавок, высыпала себе в ладонь горстку ракушек.

— Подумайте о том, что хотите узнать. И задайте вопрос. Ракушки и доска Ифа^[11] расскажут ответ.

Итан фыркнул. Средневековая дичь, конечно… Только вот в попытках Вивьен свести все к ритуалистике и вудуизму он все равно видел желание помочь и не выдать себя кому-то еще, и лишь это понимание примиряло его с происходящим бредом.

Лишь бы не загипнотизировала.