Книга Тайны Нового Орлеана, страница 66 – Хелен Берд

Гарри молчал, и своим молчанием напоминал Харона. Кажется, так в старых мифах звали перевозчика душ мертвых?.. Она не помнила.

Где-то пронзительно закричала птица. Стрекотали насекомые. Весло в очередной раз плеснуло о воду. Кто-то проплыл мимо. Все эти звуки были спокойными, «местными», но чем ближе мужчина вез Стеллу к дому Агнес, тем сильнее хотелось повернуть назад. Его молчание, пусть и явно не по его вине, пугало.

Сама колдунья пугала. Стелла все еще не могла вспомнить, когда успела назвать ей свое имя.

Нос лодки мягко ткнулся в берег, и девушка распахнула веки.

Дом колдуньи, построенный на высоких сваях, чтобы спасаться от наводнений, примостился на небольшом островке суши посреди манчакских топей. Подниматься в него нужно было по такой же деревянной лестнице, которая наверняка убиралась на ночь, чтобы непрошеные гости не пожаловали на порог, и неважно, кто были этими непрошеными гостями – животные или люди.

Бр-р. Стеллу все-таки передернуло, когда она подумала, каково жить здесь, среди болот, слушать, как плещутся в воде аллигаторы, и как орут в ветвях птицы, путаясь лапками в длинных ветвях испанского мха, спускающегося до самой воды.

Над болотами стелился густой туман.

Что, если Агнес перережет ей тут горло? Никто не узнает ведь, и…

Опасения развеялись, когда колдунья выглянула из дома и помахала девушке рукой.

— Проходи, Стелла. – Белозубая улыбка мелькнула на темном лице. – Гарри тебя подождет, ему некуда торопиться.

Перевозчик заторможенно кивнул.

Лестница качнулась под ногами. Стелла панически вцепилась в деревянные перила.

— Да не дергайся ты, – рассмеялась Агнес. – Этот дом строил еще мой муж, до того, как утоп в болотах, разумеется. Он крепкий!

В жилище колдуньи было почти… обычно. Стелла и сама не знала, что жаждала увидеть: куклы вуду, разбросанные везде? На столе стояло несколько свечей и стакан воды, лежала уже знакомая девушке доска с мешочком ракушек. Под потолком висели травы, которые с таким же успехом могли оказаться и засушенными специями. На полу – зеркало в полный человеческий рост.

И никаких черепов.

Агнес ухмыльнулась:

— Давай-ка посмотрим, что скажут ракушки каури… – Она устроилась на полу, положила доску рядом и, встряхнув мешочек с ракушками, широко рассыпала их по дереву. – Старуха Вивьен была права, Стелла. Твой мужчина вовсе не твой. Он принадлежит другой женщине, и она не отпустит его. Но ты можешь вернуть его любовь, и тогда за тебя муж будет бороться сам.

— Так можно?.. – Стелла ощутила, как ее омыло облегчением. Она так устала бороться, так устала быть той, которая должна удерживать и все время заинтересовывать, в то время, когда девушка хотела просто, чтобы ее любили. Она так устала…

Агнес ловко ссыпала ракушки в мешочек, положила Стелле руку на плечо. Ее пальцы были теплыми и чуть липкими.

— Ну, конечно, можно, девочка. Я ведь сказала, что он принадлежит той девушке, а не что любит ее. Мой приворот сработает, если ты доверишься мне. – Колдунья поднялась, мягко, как кошка, подошла к столу, зажгла свечи. По комнате поплыл аромат каких-то терпких трав. – Садись к зеркалу. Мне нужно кое-что взять у тебя.

Р-раз! И Агнес отрезала небольшим ножом рыжую прядь, поднесла к одной из черных свечей. Запахло паленым волосом. Пока прядь горела, колдунья напевала что-то себе под нос, плавно раскачиваясь и стуча свободной ладонью в небольшой барабан. От ее пения и от едкого дыма голова у Стеллы начала кружиться.