Книга Дочь фараона, страница 2 – Мира Майская

Развернувшись, спускаюсь к воде, встаю на нижнюю ступеньку.

Мне остался один шаг, смерть совсем близко.

За спиной я слышу шаги, надвигается тень мужчины высокого и очень крепкого, в его руках боевой топор.

Я готова к смерти, надеюсь, жрец выберет для меня достойную казнь[5].

Ту, которой достоин фараон…

Один взмах топором, сбоку, по голове…

Тень поднимает топор…

[1] Снеферка был ранним египетским царем, который, возможно, правил в конце 1-й династии. Точная продолжительность его правления неизвестна, но считается, что оно было очень коротким, и его хронологическое положение неясно.

[2] Каа’а (также Каа или Ка’а) (буквальное значение: «его рука поднята») был последним царем Первой династии Египта. Он правил 33 года в конце 30 века до нашей эры.

[3]Иногда изображается в виде женщины с головой змеи, либо в виде змеи. Амаунет — это женская ипостась бога Амона, и иногда они изображаются рядом друг с другом, даже существуют рядом стоящие статуи этих двух богов.

[5] После многих лет войны с племенами из современных Сирии и Турции, египтяне переняли технологию изготовления чешуйчатых доспехов. Их делали на кожаной основе со вставками из бронзовых пластин. К тому же, кожаные и чешуйчатые доспехи были почти обязательной частью экипировки воинов на колесницах.

[4] Церемониальная казнь фараонов, за пример взята смерть фараона Секененры Таа II. Есть версия, что его казнили гиксосы, в частности Апопи Первый, великим соперником Секененры. В течении ста лет гиксосы владели большой частью Египта. Секененра Таа получил несколько ранений в голову. Два удара в лоб пробили ему череп. Это был не просто прямой удар, лезвие зацепилось за череп и его тянули назад. Это было невыносимо больно! Удар по лицу разворотил его скулу, нос и глазницу, так Секененра потерял глаз. Наверняка, этот удар стал смертельным.

Египет, храм богини Хатор, 2902 год до н.э.[1] Двенадцать лет до этого.

Храм посреди пустыни, рядом оазис. Когда и как я попала сюда? Только богам это ведомо. Храм принадлежал богини Хатор[2], на его входных воротах голова коровы, символ богини.

Внутренний двор храма, по бокам высокие колонны, державшие навес. Подперев одну из них, я стою, задрав голову, глаза смотрят на Ра.

Отчего то сегодня в храме многолюдно, прибыли странные люди, в непонятных мне одеяниях, разговаривая с незнакомым выговором. Рассматривала их из-за угла, несколько раз в проходах, между колонами, даже столкнулась с ними.

Во мне не находило успокоение любопытство, я потихоньку наблюдаю в щелку, что проделала в глиняной стене. В большой комнате, собрались трое из незнакомцев, они о чём-то тихо беседовали с верховной жрицей.

Мне не было слышно, о чем они говорят, но я интересом наблюдала, как в комнату одна за другой заходят девушки, им незнакомцы задают вопросы, один или два. Затем девушки выходили, а чужаки вновь о чем-то переговаривались со жрицей.

Девочки эти были мне знакомы, они, как и я были воспитанницами при храме. Немного старше меня на год или два, они готовились стать жрицами. Большинство из них были привезены в храм родственниками в младенческом возрасте, я всегда думала, что и со мной было так же.

Когда из комнаты все вышли, я отошла от щели, ничего не поняв в происходящем. Да и какое мне дело было до незнакомцев, меня больше интересовали игры и всякие детские забавы. Непоседливая и подвижная, любопытная не в меру, я часто получала тумаки и наказания от своих воспитательниц, роль которых исполняли старые, доживающие свой век, жрицы храма.