Книга Странная месть, страница 187 – Константин Волошин

Ильда попала в цель. Старуха приободрилась и сказала:

— Да, дети мои! Было время, когда и я блистала в Сан-Хуане. Я туда переехала за год до нашествия проклятого англичанина со своей пиратской армадой!

— Кого вы имеете в виду, сеньора? – спросил Диего, слабо разбиравшийся в истории острова Пуэрто-Рико.

— Как кого? Того самого сэра Френсиса Дрейка, будь он трижды проклят и вечно горел в аду, чёртов Эль Драке! Говорят, он умер от какой-то позорной болезни15. И слава Всевышнему! – старуха перекрестилась и поцеловала нательный крест. Он выглядел очень дорогим. – Мне тогда было одиннадцать лет, но я отлично помню, как у нас всех дрожали коленки, слушая канонаду их пушек. Все священники во всех церквах служили молебны, возносили Господу мольбы о милости, и он нас услышал. Пираты все как один ушли из бухты, но город дымился в развалинах. – Она передохнула, пригубила вино, потом повторила, и продолжила:

— Сколько денег люди потеряли! И не только денег! – Она горестно перекрестилась, но продолжала бодро: – Мой дядя погиб, защищая нас в форте. У него в подчинении находилась батарея тяжёлой артиллерии, – старуха снова перекрестилась и отпила вина.

Ильда с повышенным интересом наблюдала старую женщину и гадала, сколько же ей сейчас лет? Историю и она не знала, но могла подумать, что больше восьмидесяти, наверняка. Но старуха не успокоилась. Она снова заговорила:

— Зато потом столько было балов, маскарадов и радостных встреч. Даже я, девочка и та участвовала в некоторых. А потом я повзрослела, и появились у меня поклонники. Я была красива, обаятельна и богата. Разве могла я оказаться без внимания самых знатных грандов города! Но я не спешила. Хотелось с лихвой насладиться радостями молодости и любви, внимания и обожания. – Она замолчала, а Херардо заметил участливо:

— Бабушка, не надо расстраиваться и вспоминать дальше. Гостям это не интересно. Вам необходимо успокоиться и прилечь. Простите, сеньоры. Бабушка плохо себя чувствует. Я отведу её прилечь, простите!

Ильда обеспокоенно смотрела то на бабушку, то на Херардо. У того порозовели щеки, а в глазах заплясал чудной огонёк. Это успела заметить Ильда, и вновь ощутила какое-то томление в груди и животе.

Диего тоже бросил взгляд на Ильду, но та предупредила его и опустила свои глаза, вздохнув.

— Бабуля переволновалась. По-видимому, у таких старых людей бывают такие моменты в жизни, когда воспоминания сильно заставляют переживать. – Ильда посмотрела за драную портьеру, за которой скрылась старуха с Херардо.

— Пройдёмся по деревне? – предложил Диего, явно скучавший в этой старой затхлой атмосфере. – Посмотрим, что тут делается.

— По-моему здесь ничего не делается, Диего. Но пройтись можно.

Они вышли на улицу из десятка хижин, далеко отстоящих друг от друга. Проверили Антонию с мулами. Тот улыбался, наслаждаясь бездельем и отдыхая.

— Новости есть, Тонио? – спросил Диего.

— Тишина, сеньор! Словно в могиле. Никто почти ничего не делают. Перебиваются, чем придётся. Лентяи! Даже поговорить не с кем.

— Завтра, наверное, поедем дальше. Зря мы сюда забрались. Ты поговори относительно лодок. Мулов можно и оставить здесь, или нанять погонщика и пусть он пригнал бы их в город.

Тонио согласно кивнул и поднялся со старого сена, пахнущего уже прелью.