Книга Непредсказуемый граф, страница 45 – Аннабел Брайант

— Мне стоит ждать вас в кабинете лорда Сетона сегодня в полночь?

Кэролайн невольно рассмеялась в ответ.

— Только не этим вечером. Да и записаться на танец вы уже не успели. Все мои танцы расписаны, – добавила она и подняла руку, демонстрируя покачивающуюся на цепочке заполненную карточку.

— Тогда я удаляюсь, дабы не распугать ваших поклонников.

Кэролайн хотела было его остановить, но как раз в этот момент вернулся Миллс с лимонадом, положив конец их перепалке. Музыканты уже настраивали инструменты. Вскоре заиграла музыка, и Кэролайн пошла танцевать, хотя она с радостью осталась бы здесь у стены, обмениваясь колкостями с графом Линдси.

* * *

— Что все это значит? – Линдси смотрел на Миллса так, что смысл вопроса был понятен без слов.

— Ты о лимонаде или о вальсе? – на ходу переспросил Миллс. Они направлялись к выходу на террасу. – Я не сделал ничего такого, что выходило бы за рамки приличий, и, как уже упоминал, я стал задумываться о будущем.

Линдси шагнул из душного зала на террасу. Увы, ночная прохлада не остудила его гнев.

— Ты сделал свой выбор, – с угрожающей интонацией констатировал Линдси.

— Возможно, – туманно отозвался Миллс. – Советую быть со мной полюбезнее, а не то я не скажу, что узнал о «Дециме».

Линдси решил, что подумает о Кэролайн и о том, чем она его так зацепила, потом, после бала. Когда ляжет спать. Один.

— Так что удалось выяснить твоему информатору?

— Последний раз «Децима» действительно была продана твоему отцу, и есть копия чека с его подписью, но вскоре после пропажи она всплыла в качестве залогового имущества при совершении сделки между лордами Рили и Олмоном. Произошло это два месяца назад. Рили известен пристрастием к азартным играм. Я слышал, он как-то поставил на кон драгоценности из приданого жены – и сделал это, разумеется, без ее согласия. Стоит ли говорить, что после его проигрыша мира в их доме нет.

Линдси слушал внимательно, хотя такого рода подробности были ему ни к чему.

— Так у кого в итоге «Децима»? У Рили или у Олмона?

— К несчастью, ни у того, ни у другого. Олмон выиграл ее у Рили и тайно продал виконту Джемисону, который потерял ее, когда его поместье ушло с молотка. Банк забрал все его земли и активы, но «Децима» бесследно пропала еще до того, как ее стоимость смогли определить и вернуть законному владельцу, то есть тебе.

— Все это напоминает сюжет дурного романа, – процедил Линдси и в который раз мысленно помянул недобрым словом отца. – И что же теперь прикажешь делать мне?

— Боюсь, тебе остается только ехать в Бедфордшир.

— В Бедфордшир? Это еще зачем? – При всех достоинствах этот дальний край террасы имел существенный недостаток. Бренди сюда не приносили. А более действенного средства для усмирения гнева, чем добрая порция бренди, еще никто не придумал. Почему все всегда начинается и заканчивается злыми кознями и манипуляциями его отца? Дом, в котором он рос в детстве, находился в Бедфордшире. Что имел в виду Миллс? Что ему следует вернуться в Кингсвуд, в родовое имение? С тех пор как поверенный отца зачитал ему завещание, Линдси ни разу туда не приезжал. И в этом не было ничего удивительного – дом вызывал воспоминания, которые до сих пор причиняли боль.

— В Бедфордшир ты поедешь ради охоты на лис и ради праздника, который устраивают лорд и леди Хенли. – Миллс обернулся – за стеклянными стенами праздник был в разгаре. Ярко освещенный зал был виден как на ладони.