Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 139 – Ева Арк

— Вероятно, Вы скучаете по своему мужу.

— Да, – с некоторой запинкой ответила дочь папы. – Джованни – неплохой человек. К тому же, он довольно красив, хотя старше меня на тринадцать лет и уже успел овдоветь.

В этот момент Лоренца вдруг заметила, что у Лукреции был взгляд умудрённой жизнью женщины.

После мытья графиня Котиньолы поручила своей камеристке, очень красивой мавританке, носившей золотые браслеты и жемчуг, подобрать одежду для Лоренцы, так как после всех приключений девушки её собственное платье пришло в полную негодность. Когда дочь Великолепного переоделась, камеристка, осмотрев её со всех сторон, удовлетворённо произнесла:

— Теперь Вы такая же красивая, как моя госпожа!

Выйдя из спальни, девушка увидела кардинала Валенсии, сидевшего рядом с сестрой возле камина. Протянув Лоренце руку для поцелуя, Цезарь затем сказал:

— Когда я Вас впервые увидел, донна Лоренца, Вы напоминали девицу, выскочившую из борделя, а сейчас похожи на благородную даму.

Смутившись, Лоренца не знала, что ему ответить. Тем временем Лукреция заявила, что ей тоже нужно переодеться.

— Так кто же Вы на самом деле? – продолжил после ухода сестры кардинал.

— Но Вам это известно, монсеньор.

— Теперь – да. А вот во время нашей первой беседы Вы солгали мне, хотя, как Ваш спаситель, я имел право рассчитывать на Вашу откровенность.

— Простите меня, монсеньор. Но после того, как я подверглась преследованиям со стороны Медичи во Флоренции, а потом здесь, в Риме, со стороны Вашего брата, мне было трудно довериться кому-либо.

— А почему Медичи преследовали Вас?

Выслушав рассказ Лоренцы, Цезарь задумчиво промолвил:

— Значит, все Ваши честолюбивые мечты разделить славу и богатство с Медичи разлетелись в прах…

— Вы меня неправильно поняли, монсеньор. Я хотела увидеть родственников своего отца не потому, что надеялась что-то получить от них. Просто после смерти приёмных родителей мне было очень одиноко. Поэтому единственное, в чём я нуждалась, это сочувствие.

— А Медичи отказали Вам даже в этом.

— Скажите, донна Лоренца, Вы не хотели бы отомстить им? – вдруг спросил брат Лукреции.

— Они всё же мои родственники… – растерялась девушка.

— Но Вы согласны с тем, что Медичи не заслушивают ничего, кроме презрения? Я изучал вместе с Джованни право в Пизанском университете и хорошо знаю его мстительность и трусливость. Да и у Пьеро не хватило ума удержать в повиновении чернь.

— Не понимаю, к чему Вы клоните, монсеньор.

— Скоро поймёте, – Цезарь загадочно усмехнулся. – А пока, если хотите выжить здесь, в Риме, Вы должны неукоснительно следовать моим советам.

— Со вниманием их выслушаю, монсеньор.

— Главное, Вы ни под каким предлогом не должны покидать дворец моей сестры.

— Но Его Святейшество передал через своего церемониймейстера, что скоро намерен дать мне аудиенцию.

— Попробуем потянуть время. Сегодня перед ужином я пришлю к Вам лекаря и он доложит в Ватикан, что простуда, которую Вы подхватили в замке Святого Ангела, продлится ещё недели две-три.

Лоренца бросила удивлённый взгляд на кардинала:

— Совсем недавно Вы сами собирались представить меня Его Святейшеству, монсеньор.

— Тогда я ещё ничего не знал о Вашем происхождении.

— Но откуда Вам стало известно, что я – дочь Великолепного? – не выдержала девушка.