Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 238 – Ева Арк

— Ваша племянница – отважная девушка! Ведь Моро мог приказать бросить её в тюрьму! Да и Вы с кузиной тоже рисковали своей жизнью!

— Как подданный французской короны я не мог допустить, чтобы Вас убили, монсеньор, – скромно ответил Даниель.

— Я не забуду этого, клянусь святым Луи!

Произнеся эти слова, герцог добавил:

— Как мне отблагодарить Вас?

— Мне ничего не нужно, монсеньор. Кроме, разве что, лошади… Мы потеряли одну в Милане.

— А Вы не могли бы задержаться в Новаре? Обещаю сделать всё, чтобы Ваше пребывание здесь было приятным.

— Благодарю Вас за приглашение, монсеньор, но нас ждут в Париже.

— Очень жаль, но Ваше желание для меня – закон, – со вздохом уступил принц. – Я дам Вам лошадь и прикажу моим людям проводить Вас.

В эту минуту в кабинет без доклада вошёл архиепископ Руанский.

— Простите, монсеньор, – сказал он, бросив косой взгляд в сторону Лоренцы и её спутников, – но пришёл монах с рекомендательным письмом от настоятеля аббатства Святого Луки. Он утверждает, что принёс важные известия о Моро.

— Хорошо, я приму его, – кивнул герцог Орлеанский. – Но сначала мне нужно отдать кое-какие распоряжения.

В приёмной действительно стоял какой-то монах, судя по рясе, принадлежавший к нищенствующему ордену францисканцев. На его лицо падала тень от капюшона, а руки были спрятаны в широких рукавах рясы. При виде принца францисканец сделал какое-то движение, однако Луи, не обратив на него внимания, сказал на прощание Даниелю:

— Надеюсь, что эта наша встреча не последняя, господин д’Эворт. Всегда буду рад видеть Вас с кузиной и Вашей очаровательной племянницей.

После этих слов герцог обратился к монаху:

— Теперь я могу побеседовать с Вами, отче.

Тоже бросив мимолётный взгляд на францисканца, поспешно опустившего голову, Лоренца внезапно остановилась. Ей показалось, будто на щеке монаха она заметила шрам. Между тем Луи повернулся спиной к человеку в рясе, готовясь войти в кабинет.

— Берегитесь, монсеньор! Это не монах, а убийца! – крикнула Лоренца.

И, повернувшись к д’Эворту, дрожащим голосом добавила:

— Мендоса…

Поняв, что его разоблачили, испанец выхватил из рукава рясы стилет, но Сольё успел заслонить собой принца. Когда же убийца замахнулся на Амори кинжалом, д’Эворт схватил его сзади за горло. Каким-то чудом освободившись, Мендоса отбросил стилет и выпрыгнул в окно. Сольё и д’Эворт последовали за ним. Подбежав к окну, находившемуся на уровне второго этажа, Лоренца с замиранием сердца увидела, что Даниелю удалось настигнуть убийцу, в то время как сын донны Марии, держась рукой за колено, напрасно пытался подняться с земли.

Не помня себя, девушка бросилась вниз по лестнице и, приблизившись к молодому человеку, встала перед ним на колени. На помощь Даниелю пришли стражники, которым герцог Орлеанский велел отвести Мендосу в караульню и как следует допросить. При этом лжемонах, с которого сорвали капюшон, злобно скалясь, выкрикивал испанские проклятия до тех пор, пока его не увели.

— Что с Вами, Сольё? – поинтересовался Луи.

В ответ молодой человек, поморщившись, пожаловался на боль в колене. Приказав перенести его в свою спальню, принц также послал за своим хирургом. Пока д’Эворт успокаивал донну Аврелию, герцог Орлеанский взволнованно сказал Лоренце: