Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 331 – Ева Арк

— Я заранее согласна на все Ваши условия, монсеньор!

— Так вот, прежде всего, в течение года Вы выйдете замуж или я сам найду Вам мужа, который согласится дать моей дочери своё имя. Причём ни Вы, ни Ваш супруг не должны открывать Луизе её настоящее происхождение.

— Клянусь Вам в этом, монсеньор.

— Затем, Вы не должны выдавать её замуж без моего согласия.

— Хорошо, монсеньор.

— И последнее: после того, как моей дочери исполнится четырнадцать лет, я заберу её у Вас, чтобы дать её положение, достойное принцессы из рода Валуа.

— Согласна, монсеньор, – скрепя сердце ответила дочь Великолепного.

Луи немного помолчал.

— А на кого она похожа?

— На Вас, монсеньор. У Луизы такие же глаза.

Принц вздохнул:

— Мне очень хочется взглянуть на неё. Но, боюсь, что если я увижу дочь, то не смогу расстаться с ней.

— Напоследок я хочу сделать Вам подарок, – сказал он, прежде чем уйти.

— Вы уже и так подарили мне Луизу, монсеньор.

— И всё же, я думаю, этот подарок Вам порадует.

После этих слов Луи громко позвал своего пажа, который принёс уже знакомую Лоренце корзину. Из неё с радостным лаем выпрыгнул пёсик.

— Храбрец! Откуда ты взялся?

— Он прибежал через неделю после Вашего бегства, – с улыбкой пояснил герцог Орлеанский. – И это ещё больше укрепило меня в мысли, что Вас нет в живых. Иначе Вы вряд ли расстались бы с ним.

Подхватив Храбреца на руки, молодая женщина поцеловала его в мордочку и в этот момент обнаружила у него на шее золотую цепь, на которой был подвешен перстень с прекрасно огранённым голубоватым алмазом. Но когда она подняла голову, Луи уже и след простыл.

Возле ворот кроме матери и Коммина Лоренца увидела также д’Эворта.

— Поздравляю тебя с победой, Лоренца, – сказал тот.

— Вы должны рассказать мне: откуда у Вас моя грамота?

— Дело в том, что покойный Аргиропулос покрыл её специальным составом, чтобы она лучше сохранилась, но я забыл сказать тебе об этом. Когда же ты бросила её в огонь, мэтр Мануил попросил меня вытащить её из камина. Пергамент нисколько не пострадал, однако я потерял время и не успел придти на помощь другу, который поплатился из-за этой проклятой грамоты своей жизнью.

— Но почему Вы потом не отдали её мне?

— Потому что так был расстроен смертью Аргиропулоса, что решил: эта грамота не принесёт больше никому несчастье. К сожалению, уничтожить её у меня рука не поднялась и я её попросту спрятал…

— И больше никому не показывали?

— Только мэтру Леонару. Мне понадобился его совет, как спасти тебя от Моро. И он предложил снять с документа копию, с тем, чтобы его друг господин Кардано, юрист, заверил её и отвёз в замок.

— Так вот почему Моро поверил мне, – задумчиво произнесла дочь Великолепного.

Д’Эворт же добавил:

— На всякий случай, я прихватил её с собой в Плесси, но оставил в мешке, притороченном к седлу коня. Поэтому во время суда мне пришлось выйти за ней.

Потом они начали прощаться с Коммином.

— Жду Вас завтра к обеду, сеньор д’Аржантан, – сказала донна Мария.

— С удовольствием принимаю Ваше приглашение, сударыня.

Когда Лоренца со своими спутниками вернулась в Саше, Изабель со слезами на глазах бросились обнимать её.

— Завтра у нас обедает сеньор д’Аржантан, – когда их восторг немного поутих, сообщила экономке графиня де Сольё.

— Уж будьте спокойны, госпожа, – ответила Симона. – Я прекрасно помню вкусы этого сеньора.