Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 47 – Ева Арк

— Чем могу служить, сеньор? – обратился он затем к Амори.

Представившись ему, Сольё добавил:

— А это – мадонна Аврелия Портинари и донна Лоренца де Нери. Её отец, покойный мессир Бернардо де Нери, был тоже банкиром…

— Как? Мессир Бернардо умер? – молодой человек в красной шапочке, выронив перо, изумлённо воззрился на Лоренцу.

— По-видимому, ты знал его, сеньор? – сдержанно поинтересовалась у него вдова.

— Конечно, ведь я – троюродный племянник мессира Бенедетто Нери.

Теперь пришёл черёд смутиться Лоренце. С первого взгляда она не замела сходства между служащим Донати и своим приёмным отцом. А между тем оно явно бросалось в глаза. У Бенедетто было такое же круглое добродушное лицо с живым взглядом карих глаз и слегка полноватыми губами. Возможно, её сбили с толку его длинные каштановые кудри.

Донна Аврелия тоже растерялась и не знала, что сказать. К счастью, ей на помощь пришёл банкир:

— Может быть, ты поднимешь перо, Бенедетто?

— Прости, мессир Анджело! – молодой человек, покраснев, нагнулся за пером.

Тем временем Донати, бросив сочувственный взгляд на девушку, поинтересовался затем у донны Аврелии:

— А что случилось с отцом донны Лоренцы? Отчего он умер?

— Мессир Бернардо и его супруга скончались от холеры.

Этот сухой ответ вдовы отозвался болью в сердце Лоренцы. Бенедетто Нери снова сделал какое-то движение, по лицу же банкира словно пробежала тень:

— Пусть Господь упокоит их души. Мессир Бернардо был хорошим человеком и прекрасно знал своё дело.

— Но кто же теперь управляет его конторой? – добавил Донати с озабоченным видом.

— Некий Жак Доруа, торговец тканями. Мессир Бернардо назначил донну Марию де Риччи и его опекунами донны Лоренцы.

В круглых глазах банкира возникло какое-то новое выражение:

— Ты имеешь в виду, мадонна, приёмную дочь покойного Луиджи Риччи?

— Почему ты назвал мою матушку, графиню де Сольё, приёмной дочерью, мессир Анджело? – вмешался Амори.

Донати в замешательстве посмотрел на юношу:

— Я должен был сразу догадаться, что ты – сын донны Марии. Но Бенедетто со своим пером отвлёк меня.

— Ты не ответил на мой вопрос, – настаивал Сольё.

— А разве донна Мария не рассказывала тебе о том, что Риччи удочерил её?

— Нет.

— Должно быть, у неё имелись на то свои причины.

— А кто тогда были её настоящие родители?

Лоренца растерянно переводила взгляд с взволнованного лица молодого человека на смущённое лицо банкира. Ей тоже не было известно, что мать Амори, как и её саму, удочерили. При этом девушка не замечала, что Бенедетто Нери, в свой черёд, не сводит с неё глаз.

— Но я сам мало что знаю. По словам моего покойного отца, Луиджи Риччи однажды, как обычно, уехал по делам, а возвратился уже с новорожденной девочкой. Потом поползли слухи, что он прижил её с какой-то знатной дамой. Но так как Риччи был молод, красив и богат, то это никого особенно не удивило. На протяжении долгого времени все считали донну Марию его родной дочерью. Тайна открылась только после того, как Риччи умер.

— Как это произошло?

— Родственники мессира Луиджи предъявили свои права на его имущество. Тогда всё и выяснилось.

— А разве моя матушка не являлась единственной наследницей Риччи?

— Да, он оставил всё своей приёмной дочери. Но его родственники заключили донну Марию в монастырь. Однако она сбежала оттуда во Францию, где, по слухам, вышла замуж. Поэтому родня захватила большую часть её наследства на том основании, что, во-первых, она неродная дочь Риччи, а, во-вторых, не имела права выходить замуж за иностранца без разрешения Сеньории.