Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 75 – Элисон Уэйр

— Оспа? Боже правый!

Ужас охватил короля. Он правит меньше пяти лет! И у него нет сына, который унаследовал бы трон. К тому же Гарри так и не преодолел своего отвращения к болезням и страха перед тем, что они могут сделать с человеком.

Невероятные усилия потребовались ему, чтобы побороть слабость. Негоже королю проявлять малодушие.

— Я умру?

— Нет, я окажу вам всю возможную помощь, сир, – ответил Чамбер. – А теперь вашей милости нужно лечь в постель и отдохнуть.

Гарри лежал и бредил, его тело то горело, то было сковано ледяным холодом. Больного накрывали тонкими батистовыми простынями, шерстяными одеялами, а поверх них клали меховое покрывало, которое он то и дело сбрасывал, ворочаясь в полусне. Его подушка намокла от пота. Король смутно понимал, что вокруг него суетятся доктора, чувствовал прикосновения их пальцев, слышал тревожные голоса. Потом заговорила женщина:

— Он в опасности?

Гарри различил надрывную ноту в ее голосе. Это была Кейт. Или его мать?

Ответа он не расслышал. Он существовал теперь в каком-то сумеречном мире, где дни и ночи перетекали друг в друга. Никогда еще ему не было так плохо.

Но потом он пришел в себя.

— Ваша милость, вы чудесным образом оправились от болезни, слава Богу, – сказал ему доктор Чамбер с весьма самодовольным видом. – Мы опасались за вашу жизнь, но теперь вы будете здоровы.

Гарри перекрестился. Страшно было сознавать, что он стоял на пороге смерти. Но жизненной силы в нем хватило. Он попытался сесть.

— Думаю, я должен благодарить за это и вас тоже, мой добрый доктор. Клянусь святым Георгием, от меня воняет! – Гарри принюхался. – Попросите, чтобы принесли душистой воды и чистую рубашку. Терпеть не могу быть грязным.

Гарри быстро пошел на поправку. В начале февраля он уже встал с постели, пылая гневом против Франции и желая снова начать военную кампанию. На Сретение, после торжественной мессы, он присвоил Брэндону титул герцога Саффолка и вернул доблестному Суррею герцогство Норфолк. Церемония возведения в ранг пэра состоялась в главном зале Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Уорхэма. На ней присутствовали Кейт с ее дамами, герцог де Лонгвиль и приехавшие в Лондон на сессию парламента пэры.

После церемонии Гарри шел по залу и чувствовал глухой ропот неодобрения. Продвижение Брэндона не получило особого одобрения среди придворных. Многие считали его неожиданным и даже удивительным, а Бекингема, который вообще не утруждал себя тем, чтобы скрывать свое негодование, вообще нигде не было видно. Он и большинство аристократов старшего поколения относились к Брэндону свысока, полагая, что ему не хватает благородства происхождения с длинной чередой родовитых предков. А вот Уолси был целиком за возведение Брэндона в герцогское достоинство.

— В глазах вашей милости он тогда, вероятно, будет более подходящим супругом для регентши, – аргументировал свое мнение олмонер.

Гарри понимал, что у того имеется скрытый мотив. Узнав, что Суррею будет возвращено отцовское герцогство, Уолси решил уравновесить влияние в Совете Суррея и Бекингема Брэндоном в качестве защитника своих интересов. Мудрое решение. Новая кровь и новые люди – то, что нужно!

Облаченный в великолепную бархатную мантию и в герцогской короне, Брэндон – теперь милорд Саффолк – вышел из зала для приемов вслед за Гарри. Король даровал ему земли, конфискованные у прежнего герцога Саффолка, и Чарльз стал одним из богатейших пэров в королевстве. Внешнее сходство нового герцога с Гарри оставалось таким разительным, что его легко можно было принять за второго короля. Но Брэндон не считал это чем-то из ряда вон выходящим. Гарри никогда не видел, чтобы кто-нибудь вознесся столь высоко и относился к этому с таким беспечным достоинством.