Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 84 – Элисон Уэйр

Гарри показалось или в голосе Чарльза проскользнула нотка ревности?

— Я сильно сомневаюсь в этом, – не заострив внимания на своем мимолетном впечатлении, произнес он.

Кувшин с вином пустел, вечер переходил в ночь, и Гарри захотелось поделиться с другом своими чувствами.

— Открою вам секрет, Чарльз. Я влюблен в Бесси Блаунт.

— Гарри, старый вы олень! – Саффолк загоготал и ткнул Гарри локтем под ребра. – Она уже пала перед вашими чарами?

— Пока нет, – признался Гарри. – Она слишком часто бывает рядом с королевой. Мне не удается побыть с ней наедине. И я не смею сделать ничего такого, что породило бы сплетни, когда ее милости вот-вот придет срок.

— Позвольте мне помочь вам. – Саффолк усмехнулся. – Пусть все думают, что это я ухаживаю за ней. Я спрячу ее в своих покоях, и вы сможете там развлечься.

— Отлично! – воскликнул Гарри и хлопнул Саффолка по спине. – Я знал, что вы меня не бросите.

Но согласится ли играть в эту игру Бесси?

Два дня спустя Саффолк договорился, что в полночь она придет в его покои. Он все ей объяснил, и, к радости Гарри, Бесси согласилась. Тогда он и уложил ее в постель. Это оказалось столь сладким удовольствием, что ему хотелось длить его вечно.

Гарри слез с лошади и приказал егерям отнести подстреленного им оленя в кладовую дичи. Затем он увидел вице-камергера королевы сэра Томаса Брайана; тот прошел к нему через вымощенный булыжником конюшенный двор и поклонился:

— Ваша милость, могу я поговорить с вами с глазу на глаз?

— Конечно. Пойдемте. – Он двинулся в направлении дворца; сэр Томас едва поспевал за ним. – Что случилось?

— Сир, некоторые слуги королевы жалуются, что ее исповедник пристает к женщинам, служащим при дворе, особенно к прачкам королевы Томасине Хаверфорд и Сесилии Свон. Я посчитал своим долгом сообщить вам об этом.

Ох уж этот несносный брат Диего! Гарри он никогда не нравился. Этот человек доставлял Кейт неприятности еще до их брака, настраивал ее против отца Гарри, ходили разговоры о том, что Диего имел на нее слишком большое влияние. Оно прекратилось, когда Кейт стала королевой, так как Гарри ясно дал понять, что не потерпит никакого неподобающего давления на свою супругу. Однако Кейт не видела никаких изъянов в поведении своего духовника; она была слишком невинна, чтобы понять: ее преданность ему может дать повод для сплетен. Гарри это не давало покоя. Понимая, что Кейт жаждет родить жизнеспособного ребенка, брат Диего побуждал ее поститься как можно чаще, дабы очиститься от грехов и заслужить милость Бога. Как будто все эти посты могли улучшить ее здоровье!

— Я поговорю с королевой, – сказал король сэру Томасу, думая, что это может оказаться ниспосланной Небом возможностью избавиться от неугодного духовника.

Брат Диего стоял перед Гарри и Кейт, его смуглое лицо побагровело от злости, когда он услышал, что про него говорят.

— Я отвергаю это, сир! – прорычал монах.

— То есть вы утверждаете, что с вами обходятся дурно? – отозвался Гарри.

— Разумеется. И если со мной обращаются дурно, то еще хуже обходятся с королевой!

Гарри не верил своим ушам. Уж не намекает ли этот негодяй на Бесси? Даже если нет, он слишком много себе позволяет.

— Вы лучше сами объяснитесь, – сказал он, – и следите за своими словами. Я не позволю вам очернять кого бы то ни было без веских оснований.