Книга Елизавета Йоркская. Последняя Белая роза, страница 77 – Элисон Уэйр

— Мне нет дела до того, что говорят люди. Я не выйду отсюда и не подвергну своих детей опасности. Двое моих сыновей уже у него в руках!

Сесилия обняла ее. Плечи королевы вздымались.

— Прошу вас, матушка! – взмолилась Елизавета, вставая перед нею на колени. – Давайте уедем отсюда. Я уверена, что все будет хорошо. Милорд Глостер так обрадуется, когда увидит вас снова при дворе, что, я не сомневаюсь, он превзойдет себя, чтобы оказать вам почетный прием.

— Нет! – Мать была непреклонна. – Вы считаете, я преувеличиваю опасность, но мне кажется, что вы ее преуменьшаете!

В конце мая Елизавета стала свидетельницей того, как депутация советников явилась в Чейнигейтс, лорды встали на колени перед королевой в Иерусалимской палате.

— Ваша милость, – заговорил один из них, – лорд-протектор просит вас покинуть святилище вместе с детьми и гарантирует вам безопасность. Вы не вернетесь с нами ко двору?

Елизавета молилась, чтобы мать уступила их просьбе, но увидела, что та сердито поджала губы.

— Вы считаете меня дурой?! – воскликнула королева. – Я не покину это место, пока милорд Глостер волен причинять зло мне и моим родным! Он посадил в тюрьму моих брата и сына. Разве это не доказательство его злонамеренности?

— Он заключил их в тюрьму, мадам, так как опасается, что вся злонамеренность исходит от вас и вашей семьи, – смело заявил один из советников. – Но он хотел бы примириться с вами, чтобы вы могли наслаждаться жизнью в почете и уважении как вдовствующая королева. Он не намерен причинять вам зло.

— Как я могу верить его словам? Он негодяй! И я не позволю так легко отделаться от меня, отправив на покой.

Елизавета в ужасе смотрела, как мать разрыдалась, и поняла, что та не просто дает волю чувствам, а по-настоящему напугана.

— Тогда, мадам, мы можем заключить лишь одно: вы враждебны к лорд-протектору и он прав, что опасается вас и ваших родственников.

Прошло несколько дней. Наступил июнь, погода стояла теплая. Елизавета часто брала стул, книгу и выходила во двор дома аббата, где Йорк и ее сестры играли в свои игры.

Однажды ближе к вечеру, вернувшись в дом умыться перед ужином, Елизавета услышала, как аббат тревожно и настоятельно разговаривает с матерью.

— Ваша милость, лорд Гастингс сказал мне сегодня, что Глостер приказал городу Йорк собрать войска, чтобы идти на Лондон против вас, ваших родных и сторонников. Глостер полагает, что вы все время имели намерение избавиться от него, милорда Бекингема и старой королевской крови в этом королевстве.

— Вот вам и доказательства, если они были нужны, его глубокой ненависти ко мне и ко всем моим ближним. – Мать говорила, едва сдерживаясь. – С чего бы мне желать избавления от старой королевской крови в этом королевстве, когда она слилась с моей в жилах короля? И какой вред мы можем причинить Глостеру теперь? Я в святилище, без власти, а мои родные разбежались кто куда, одни в тюрьме, другие скрываются. Наконец этот изменник выдал себя. Он делает меня козлом отпущения за свои темные дела. Эти обвинения просто предлог, чтобы утвердить свою власть военной силой!

Повисла пауза, и Елизавета затаила дыхание.

— Честно говоря, мадам, я обеспокоен, но, боюсь, вы сами навлекли на себя эту беду.

— Я, беззащитная женщина?

— Не так давно вы могли распоряжаться всем. Едва ли тогда вы были беззащитны, простите меня, скорее вас можно было принять за врага. Наверное, милорд Глостер опасается, что, проводя время здесь, вы готовите заговор и тайно подстрекаете своих сторонников.