Книга Соловейка. Как ты стала (не) моей, страница 41 – Полина Рош

— В одной рубашке, простоволосая. Вся исколотая, – дрожащим голосом проговорил мужик, высунувшись из-за спины Ульва. Тот яростно обернулся на него с занесённым кулаком, но не ударил, только пригрозил, чтобы поперёк князя с разговорами не лез.

Аяра будто пригвоздило к месту тревогой. Он только качнулся вперёд, боясь самому себе признаться, что Соловейка могла его и не послушать. Могла сбежать на реку и там остаться… Страх сжал грудь в тиски, как медвежьи лапы, стало трудно дышать. Как через толщу воды Аяр шагнул к отцу, желая, чтобы тот перестал буравить его взглядом и всё рассказал! Кого нашли на реке простоволосой и заколотой? Это же могла быть Соловейка!.. Это же не она? Не может быть она!

Но спросить он не успел. С холма до них донёсся громкий бабий вой, он поднимался, как удушающий дым от пожара. И под ним уже было невозможно стоять у забора, все двинулись к калитке. На крики из гридниц вышли дружинники, вместе с ними угрюмый Райнар. Он только раз глянул на своего отца и тут же напрягся, как натянутая тетива, а потом стрелой с неё сорвался. За ним сорвался и Аяр.

Мужчины врезались в толпу кричащих баб, как лодки. Кто-то из них схватил Аяра за рукав, кто-то Райнара, но они этого даже не заметили. Продрались через кусты нехоженого берега к самой воде, где в высокой траве лежало тело в белой рубашке. Бабы голосили, но боялись трогать утопленницу. Княжич с дружинником прыгнули в воду, окатив брызгами друг друга. Райнар её перевернул, Аяр прижал кулак к губам, чтобы с них не сорвался облегченный стон. Его друг держал в руках свою мёртвую молодую жену.

Князь Остромысл тоже спустился вниз. Не вырывая тела девушки из рук ошарашенного Райнара, оглядел её. А потом задрал на ней рубашку и кроме кривых ран на животе все увидели следы верёвки на девичьих бёдрах. Этого просто не может быть! Кто-то похитил и убил ни в чем неповинную девицу. Зачем? Кто?! Дрожащими руками Аяр пригладил волосы к голове, не зная, что делать и что теперь можно сказать. Разве они не нашли бы её здесь раньше? Кто такой жестокий играет с ними? Княжич глянул на отца, будто у него были ответы на все эти вопросы. А Остромысл вдруг кивнул замершему на берегу Ульву. Тот осторожно опустился перед сыном и вытащил из кармана небольшой красный с белыми жемчужинами накосник. От него тянулись несколько зацепившихся за бусины светлых волос. Райнар схватил украшение и до хруста сжал его в ладони.

— Откуда?.. У тебя?

— Его нашли в доме главного жреца. Это её?

Райнар взревел, рывком поднявшись с Ладушкой на руках. Аяр едва мог смотреть на сильного, неунывающего дружинника. Он как зверь мотал головой над телом девушки, не в силах её отпустить. Но никто и не просил. Под женский плач он внёс её во двор своего отца, не сдерживая кинувшуюся на него мать Ладушки. Осторожно уложив свою ношу на лавку, Райнар резко развернулся, но Остромысл преградил ему путь.

— Жди княжьего суда.

За стариком Скорпунем послали дружинников с наказом привести его перед княжьи очи тихо и почти ласково. Без шума и волнений. Второй отряд послали тайно, чтобы воины окружили предательское селище, никому, кроме созванных, не позволив уйти.

Старик ворчливо княжью волю принял, долго заворачивался в платки и полубшубок, натягивал высокие меховые сапоги. Дружинники ни его, ни его приспешников, которые деда одного не отпустили, не торопили. Ничего-ничего, говорили, княже не торопит.