Книга Прекрасные маленькие глупышки, страница 23 – Оливия Хоррокс

Она перешла к следующему студенту, и все вернулись к своим мольбертам. Я почувствовала себя выпотрошенной. Бог с ней, с перспективой — над ней я обязательно поработаю. Но я разозлилась на себя за то, что не выказала больше стойкости. Что подумают обо мне соученики? У меня был единственный шанс произвести хорошее первое впечатление, а я его упустила.

Я сочла Марджори суровым критиком, однако она оказалась милейшим созданием по сравнению с другим нашим преподавателем, мистером Блаем. К концу дня он умудрился довести до слез половину класса. Его критические замечания граничили с хамством, и по студии прокатилась волна облегченных вздохов, когда он наконец отпустил нас. Я чувствовала себя вымотанной и обескураженной, когда мы всей компанией спускались по тропинке со скалы к пляжу.

— Как вы думаете, натурщик Марджори не замерз? — лукаво спросил Эдди. — Ему особенно нечем похвастаться, не так ли? — Над этой шуткой похихикали только они с Ниной.

А я мучилась вопросом, не совершила ли ужасную ошибку, приехав сюда. Одной из тех, кого довел до слез мистер Блай, была Бэбс. Посмотрев на нас, Эдди вздохнул.

— Да ладно, все не так уж плохо. Берди, это твой первый день, а педагоги всегда строги к новеньким. Им нужно проверить, способна ли ты одолеть длинную дистанцию. А ты, Бэбс, сама знаешь, что бо́льшую часть времени ты — звезда старины Блая. И если бы он не критиковал тебя так зверски, то это означало бы, что ты ему безразлична.

Сама я более или менее сносно пережила третирования мистера Блая, а вот Бэбс выглядела подавленной.

— Я не могу позволить себе быть звездой бо́льшую часть времени, — жалобно произнесла она, низко опустив голову. — Я должна быть лучшей каждый день.

— Нет ничего плохого в маленьком дружеском состязании, дорогая. — Сунув руки в карманы, Эдди пожал плечами. Он смотрел на океан, игнорируя унылый вид Бэбс.

— Ну все, хватит хандрить. — Нина сурово взглянула на подругу. — Кто хочет попрыгать со скалы?

— А надо ли? — жалобно проскулил Эдди, утратив бодрый вид. — У меня кошмарное похмелье.

— Это обряд посвящения для Берди. Сегодня же ее первый день! — настаивала Нина, бросив на Эдди взгляд, полный осуждения. — Да и ты, вероятно, почувствуешь себя от этого лучше.

Слова об «обряде посвящения» мне не понравились. В памяти сразу всплыли разные ритуалы и кровавые забавы.

— А что это за прыжки со скалы? — осторожно спросила я, опасаясь, что ответ меня не устроит.

— Прыжки — они и есть прыжки, — ответила Нина просто, но в ее глазах появился опасный блеск. — Видишь вон ту скалу, которая похожа на плавник акулы? — Я посмотрела, куда она указывала, и действительно в нескольких сотнях футов от нас разглядела большой выступ — как и сказала Нина, похожий на акулу в волнах. — Мы поплывем к ней, заберемся на вершину и спрыгнем. Все мы делали это в свой первый день, теперь твоя очередь. Ты же умеешь плавать?

Сердце мое совершило кульбит. К счастью, плавать я умела. Дома мы каждое лето плавали в большом озере на вересковой пустоши. Но есть разница между спокойной зеленой водой, к которой я привыкла, и бурным синим океаном, простиравшимся передо мной.

— Похоже, это совсем не безопасно… — начала я, но Нина перебила.

— Да, если ты дилетант, — энергично отрезала она, пытаясь развеять мои сомнения. — Но мы проделывали это много раз. Мы знаем, когда прилив достаточно высокий, чтобы не отбить себе зад и не сломать ноги.