Онлайн книга «Её Сиятельство Графиня»
|
— Именно так — хищно. Она на охоте и оценивает, за сколько сможет продать свою красавицу — едва ли она не заприметила богатые каменья на вороте избранника. А кольца? Страшная безвкусица, позвольте отметить. — Это, к слову, Шереметев — он уже давно вдовец, но в столь молодых пассиях явно не заинтересован, так что ваша теория, возможно, не верна… — И сыновей у него, скажете, нет? — Демиду показалось, графиня улыбнулась. — Есть, Сергей, но ему около двенадцати… — Вот-вот. Будь он подходящего возраста, едва ли девица была бы недовольна, не находите? Впрочем, пройдут годы, и она сама поймёт выгоду от подобной партии, только вот сейчас, в свои шестнадцать, она надеется на любовь, а, возможно, уже и влюблена в кого-то. И, не будь она товаром, она могла бы обрести счастье — кто знает? — Вы не многим старше, я полагаю… — И продана в её же возрасте, — отрезала графиня. — Однако моя судьба совсем иная — к счастью или к сожалению. Так или иначе — грех жаловаться. Представьте меня тому господину, будьте добры, — вдруг проговорила она. Из всех гостей она, словно бы чувствуя, выбрала одного из приметнейших — графа Толстого. — Лев Николаевич, — Демид поклонился. — Рад видеть вас сегодня. — Мои соболезнования, Демид Михайлович, слышал про вашего батюшку… — Благодарю. — Милая Лиза! — Лев поклонился графине, удивив Демида. Елизавета присела в реверансе. — Как же вы меня узнали? Очень рада нашей встрече, Лев Николаевич. Я попросила уважаемого князя представить меня вам — официально. — Ну что вы, мы давно и прочно знакомы! А узнал — совершенно случайно. Если бы мы не встретились с вами пару месяцев назад — никогда бы не догадался. Всё ещё под впечатлением — как же вы вросли! Помню, как вы сидели со мной за чашечкой чая, обсуждая тонкости кумыкского языка, а ведь вам тогда было около двенадцати… — Около того, сударь, — она кивнула. — Ну оставьте же, оставьте это, мне претит эта официальность! — Свет не терпит иного. — Я только вернулся, а он мне уже опротивел, — доверительно сообщил Толстой. — Премерзкое местечко — этот Петербург. — Особенно после свободных гор, не так ли? А уж что там в Крыму, — указала графиня на своё знание о передвижениях Толстого, — мне не представить. Совсем иные моря, иные горы… — Где же вы познакомились? — не смог сдержать любопытства Демид. — Где же ещё — на Кавказе, — Толстой пригладил усы. — Лев Никалаевич был гостем в поместье моего опекуна — графа Мирюхина. Мы имели долгие разговоры о насущном. Смею заявить, что наш уважаемый Лев Николаевич в какой-то степени стал моим наставником. — Чудесное дитя, — Лев потянулся к руке Елизаветы — и Демид сосредоточился, желая узнать, позволит ли она этот жест. Позволять не пришлось — Лев сам себя одёрнул. — Ох, что это я, наш чистый цветок, я успел позабыть о ваших правилах… И как же вы тут? Как вам кабала брака? — Мой супруг тяжело болен и не встаёт с постели. — Мои поздравления, — проговорил Лев Николаевич тихо. — Поразительная удача. — Божий промысел, — поправила Елизавета. — А вы? Удалось ли вам оставить службу, как вы того хотели? — Да-с! В отставке — поручиком. На моё прошение ответили мгновенно-с. — Мои поздравления, — повторила за ним Елизавета. — Князь, благодарю вас за сопровождение, теперь наш со Львом Николаевичем разговор не вызовет излишних пересудов. |