Книга Асины журавли, страница 53 – Елена Чумакова

Маркел подъехал ближе. Он был в кожанке и в картузе с нашитой красной звездой. На поясе пристегнута кобура с маузером.

— Вы того… вертайтесь домой. В Ярославле щас лучше не показываться, ежели живыми остаться хотите. А про Веру я сам разузнаю, где ее искать. Монастырь-то, слышь, закрыли, монашки разбежались – поди, ищи ветра в поле. Как что узнаю – заеду, скажу.

Отряд ускакал, путники развернули бричку и потрусили обратно, в слободу.

Только семья отобедала, в окошко кто-то стукнул. Оказалось, прискакал Маркел. Проходить в дом он не стал, вызвал в сени Захара и Асю.

— Вы вот что, в город пока не суйтесь. Там щас истребляют контрреволюцию. Задерживают всех мужиков от шестнадцати до шестидесяти. Попадетесь – никто разбираться не будет, расстреляют. Не до церемониев нынче.

— Но это же… ужасно, жестоко! – схватилась Ася за голову.

— Революцию в белых перчатках не делают. Кровавое дело, – пожал плечами Ляпин. – Короче, сидите дома и не высовывайтесь, коли выжить хотите. Я сам скажу, когда можно будет в город съездить. А без меня ни-ни. Теперь слушайте, что узнал про Веру. Бежавшие монашки нашли приют в Толгском мужском монастыре. Так что Вера почти наверняка там, ежели только ее не задержали. Несколько человек вместе с настоятельницей арестовали за пособничество контрреволюции – припасы прятали от продразверстки. Про арестованных ничего не удалось узнать.

— Толгский монастырь… это же на нашем берегу Волги, только северней. Туда-то можно съездить? – с надеждой спросила Ася.

— Туда, пожалуй, можно. Но только Захару лучше не соваться, нарветесь на разъезд – не отвертитесь. А с баб другой спрос, одной тож не стоит попадаться. Уж ежели так надо, садись, Аська, со мной на коня. Тут ведь недалече, сгоняем туда, все разузнаем, и обратно привезу в сохранности.

Ася не стала долго раздумывать, в момент собралась, взобралась на коня впереди Маркела, и вскоре они уже скакали по лесным тропам, избегая дороги. Ася держалась за гриву коня, чувствуя бедрами обхватывающие ее сильные ноги Маркела. Мужские руки, управляя конем, придерживали ее тело с двух сторон, его дыхание щекотало шею. Против воли в ней проснулась женщина, давно лишенная ласки, поднималась волна желания. Ася старалась справиться с собой, взывая к разуму, к памяти о любимом, но животное начало одерживало верх. Маркел гнал коня всё быстрей, вдруг натянул узду, рывком развернул женщину к себе, опрокинул на руку и впился в ее губы поцелуем. И Ася ответила на поцелуй. Вместе они соскользнули с коня в высокую траву…

Дальше ехали молча, не торопясь. Время от времени Маркел зарывался лицом в ее волосы, слегка постанывая. А Ася корила себя и молилась, чтобы Виктор на том свете простил ей минутную слабость.

В монастырь приехали к концу вечерней службы. Среди монахинь матушки Елены не оказалось. Женщины рассказали Асе о ее аресте. Где сестра сейчас, жива ли, никто ответить не мог.

Возвращались в слободу расстроенные. Ася плакала, Ляпин ее утешал, обещал разузнать все, что удастся, о судьбе Веры.

Прошло несколько дней. Погожим августовским утром жителей Яковлевской слободы собрали на сходку возле бывшей управы. На широком крыльце стоял покрытый кумачом стол, за ним восседали три человека в полувоенной форме. Все трое были вооружены, кто винтовкой, кто маузером. В одном односельчане узнали Ляпина Маркела, остальных доселе в слободе не видывали. За их спинами маячили еще двое вооруженных солдат. Когда народ собрался, старший из троих встал, жестом прекратил гвалт и обратился к собравшимся с речью.