Книга Ради любви и чести, страница 99 – Джоди Хедланд

утопить. Большинство людей верили, что если женщина тонет, как камень, то

она невинна, но если всплывает на поверхность, то она ведьма. Считалось, что ведьмы отвергают таинство крещения, и в результате вода отторгает их

тело и не дает им погрузиться в воду. В любом случае, я вряд ли выживу.

Утону я или нет, я просто задохнусь под водой. Я сомневалась, что капитана

Фокса волнует, утону я или сплыву. Он считал меня ведьмой и хотел, чтобы я

умерла.

Он резко дернул и разрезал сзади шнуровку лифа, я вцепилась в юбки:

— Нет, — ответила я. — Я поплыву в одежде.

Но капитан снова дернул шнуровку, скреплявшую мой корсаж:

— Конечно, ты утонешь в этом тяжелом одеянии, — усмехнулся он. — И

как это что-нибудь докажет?

— В любом случае это ничего не докажет. За исключением того, что вы

невежественны и предвзяты.

Я вздрогнула, когда он снова нанес удар, лезвие оказалось слишком

близко к моей коже. Ткань ослабла, и он стянул ее. Затем нож вонзился мне в

юбку. Сила удара чуть не уронила меня на землю. Через несколько

мгновений он снял с меня всю одежду, вплоть до чулок и сорочки, так что я

осталась стоять только в белом льняном нижнем белье. И в перчатках.

Видимо, капитан Фокс не хотел снова увидеть бардовое пятно.

Прохлада долины проникла сквозь мою рубашку и заставила меня

вздрогнуть. Июньское тепло и солнечный свет над головой, казалось, больше

не достигали меня. Кровь остановилась, когда я увидела, как один из

бандитов вытаскивает лодку из тростника.

— Шевелись, ведьма, — прорычал капитан Фокс и подтолкнул меня

вперед.

Я ступила в воду, которая все еще была холодной после весенних

дождей. Мои ноги в туфлях погрузились в ил. Капитан грубо перекинул меня

через борт лодки, и я, уже промокшая, шлепнулась на дно. Он забрался на

нос, уселся на скамью и взялся за весло. По его команде двое других

бандитов оттолкнули лодку от берега.

Пока я смотрела на удаляющиеся заросли рогозы и тростника, отчаяние

смешивалось с тревогой. Как бабушка будет жить без меня? Я была

единственная, кто у нее остался. Что же ей теперь делать? А Беннет? Будет

ли он скучать по мне, когда узнает о моей смерти? Я даже не попрощалась с

ним. Надо было бы попрощаться с ним перед смертью.

Я потянула за веревку, стягивающую мои запястья, но не смогла даже

пошевелить ею. Извиваться, чтобы освободиться, было бесполезно. Я

лихорадочно огляделась в поисках оружия, которое могла бы использовать

против капитана Фокса. Второе весло было воткнуто в корму. Смогу ли я

дотянуться до него и каким-то образом использовать, чтобы ударить его?

Я пошевелилась в луже воды, которая образовалась вокруг меня. Не

отрывая взгляда от спины капитана, я медленно попятилась назад, пока мои

пальцы не сомкнулись вокруг длинной деревянной ручки. Я крепко сжала ее

и попыталась прикинуть, как им размахнуться. Со связанными руками я едва

могла поднять весло, не говоря уже о том, чтобы использовать его как

оружие.

Капитан Фокс перегнулся через борт и уставился в воду. Там было

темно и грязно. Но, видимо, его порадовало увиденное, потому что он бросил

весло и повернулся ко мне.

При виде весла в моих руках он коротко рассмеялся:

— Давай иди. Попробуй только ударить меня.

— Поверьте мне, я стараюсь.

Неужели я больше ничего не смогу сделать, чтобы освободиться?