Книга Время ласточек, страница 154 – Екатерина Блынская

Текст такой живой и цельный – его хоть весь разбирай на цитаты! И я, конечно же, не откажу себе в удовольствии выписать еще пару-тройку примеров: «солнце в тумане висело пышным комом, спутанное волокнами облаков» – понятно, что перистых. У Лизы волосы, «цвет которых напоминает только что скачанный из рамок подсолнечный мед». Или такое вот тонкое и необычное наблюдение: «Ветер в тростнике издавал шумный шорох, похожий на неразборчивую непрестанную молитву…»

Западающими в память, теплыми и трогательными словами отражены на страницах романа первые, порой неловкие и робкие чувства зарождающейся любви между Глебом и Лизой. Нет здесь высокого, изысканного стиля, все происходит на фоне выпивок и расхристанных компаний, как молодежных, так иногда даже и подростковых посиделок. Казалось бы, какие чувства, кроме полупьяных вожделений и случек, могут тут иметь место, но в том-то мастерство и душа автора, умеющего тонко и достоверно передать всю искренность и головокружительную непосредственность, с которыми молодые люди тянутся друг к другу. Есть в романе ситуации, когда Лиза и Глеб просто счастливы оттого, что они рядом, и, как раньше говорили, парят на седьмом небе. Читаешь и переживаешь, так хочется, чтобы все у них получилось и влюбленные дальше по жизни шли вместе, рука об руку. Однако в обществе уже проросло чертополохом социальное разделение, и чуткий ко всему Глеб это видел, «понимая отчаянно, что он как трава, а она как цветок над этой травой. И трава, и цветок могут расти из одной земли, но смешаются они вместе, только умерев».

А как самозабвенно относится к Глебу Лиза. Кажется, она тоже готова на все ради своего любимого, даже головой в омут; и минуты без него не проживет. Но, как увидим дальше, роль Джульетты не для этой девушки. На несколько дней Лиза по делам уезжает в Москву, и там ее навещает бывший однокурсник… Вот как филигранно передает Блынская состояние девушки, которой и в этот миг все еще кажется, что она влюблена в Глеба: «На Лизу внезапно напал страх. Такой страх, как будто она сейчас стоит перед стеной огня и нужно войти, обязательно войти, хоть и горячо, так горячо, что ресницы уже горят…» И вошла-таки, вернее – пала под банальное бормотанье: «Мир сошел с ума, и мы вместе с ним…»

Не так часто в романе появляется сестра Лизы Ленусь и ее муж Мишуня. Московские снобы, открыто презирающие деревенских жителей и считающие того же Глеба конченым лохом. Скупыми точными мазками рисует автор их характеры и привычки, их паразитические наклонности. И становится ясно и понятно, что «гнильба» коснулась не только деревни, но и города. И общественная болезнь эта в каменных джунглях, среди накатывающих волн безудержного потребления и вседозволенности – были б только деньги, и желательно как можно больше! – эта гнильца человеческая, пожалуй, пострашнее беды, что тогда же, на сломе веков, накрыла русскую деревню. Потому как вокруг погибающих селений все-таки есть леса, реки, луга, в которых все еще обитают жизнь и душа, куда еще можно прийти и среди освежающего шелеста листьев и журчания прозрачной воды очиститься, смыть с себя налипшую скверну. В городе же, посреди ядовитых выхлопов и вселенского гвалта, трудно отыскать хоть капельку живого, не искусственного и не обескураживающего.