Онлайн книга «Время ласточек»
|
Глеб хотел отомстить обуховским за Лизу. А вышло все иначе. Обуховское стадо, потесненное антоновским, выгнало супостатушек-коров на полынные латки, к ликованию Глеба. Но сам он тоже был в этой части луга нечасто, а она вся изобиловала прорезями долинок и словно отделяла этими хитрыми природными препятствиями один кусок пастбища от другого. Град плохо знал местность. Но Рева больше не годилась для утомительной работы на пастбище. И вот, миновав гряду вала разобранной когда-то железки-одноколейки, Глеб заметил издалека, что в стадо бежит Мишка – и бежит не радостно. Град тоже это заметил и, зафырчав, стал рваться. Глеб достал плеть, чтобы ударить Мишку, если что, и напугать его, но Град встал на дыбки, скаканул вперед и понес по полю, закусив трензель. Отобрать трензель не получалось, и Глеб просто отдался скачке – старый конь быстро выдохнется. Но незнакомая местность таила много препятствий: кочки, глубокие хорьковые норы… Мишка бежал наперерез. «Неужели задумал остановить?» – мелькнуло у Глеба. Град забежал в высокую резуху на берег реки. Со стороны пастбища разрядом бича отзывался Гапал. Глеб понял, что тот перенял коров на себя. Еще раз дернул трензель – и тут что-то невыносимо мощное, как чугунный шар, ударило сбоку, и Глеб выскочил из седла в болотную траву. Град дико заржал. Что-то завозилось, засопело, послышался удаляющийся топот. Глеб лежал какое-то время зажмурившись. Через топот истошно ржал Град. Шелестела и шептала травяная поросль. Перед глазами ехал луг, небо с рваными облачками, кущери и кочки. От поспевшей взбитой травы летел пух. Тряся ушибленной головой, Глеб поднялся и на шатких ногах, чувствуя острую боль в ребрах, подошел к Граду. Тот лежал на боку и ржал, болтая ногами. Из распоротого бока его ползли разноцветные кишки. Глеб почувствовал, как кровь отходит от его лица. Он не понимал еще боли удара, но, видя перед собой смертельно раненного дурачка Града, чувствовал, что сердце как будто стало мягким. Он расстегнул ножны и вынул своего Тёму, блеснув лезвием. — Б…ская жизнь, – плюнул Глеб на сторону и, обойдя Града, зашел со спины и навалился на него, перехватывая нож покрепче. * * * Мишка был наказан вечным сажением на семиметровую цепь. Теперь Глеб сам приковал его. Надо было искать телегу. Гапал пас до вечера. Еще не успевший понять, что у него болит, Глеб поспешил на набережную договориться с ребятами о телеге. Чтобы Град, ставший просто мясом, не пропал. Договорились, что мясо приедут забрать как можно быстрее. Это имело смысл в первый час, иначе дед Тесленко не простит: он и без того уже чуть не прибил его дрыном. До речки было недалеко, но Глеб не мог принести воды. Раздевшись, он разделывал Града прямо на траве. Он был в крови с ног до головы. Не такое это простое дело – разделать старого коня, к тому же одному, а надо было еще закопать внутренности и снятую шкуру. Иногда, подавляя тошноту, Глеб выходил из травы. Глубоко дыша, он оглядывал пастбище, своих красно-коричневых Зорек, замечал плащ Гапала и, немного успокоившись, что коровы под присмотром, возвращался к топорику и ножу. — Зачем, зачем я в такую даль заперся… Не сиделось мне на Песках… Слепни и оводы тучей вились над маленьким бранным полем. После бессонных дней и ночей Глеб чувствовал в голове нарастающую тяжесть. |