Книга Кровавая заутреня, страница 23 – Нина Левина

— Что это? — удивилась Кати, разматывая бумагу. — Краски и кисти! Как это мило с вашей стороны, Алексей Захарович!

— Вам нравится?

— Очень! Только… это не совсем удобно. Зачем же вы пошли на траты? — Кати покраснела.

— Затем, — тихо проговорил капрал, беря её за руку, — что ради вас и вашей улыбки я готов пойти на всё… И не зовите меня Алексей Захарович. Пожалуйста, просто Алексей. Или Алёша. Меня так матушка называет.

— Хорошо, Алексей… Алёша, — Кати стала совсем пунцовой. — Но в присутствии батюшки с матушкой буду обращаться к вам, как прежде. Вы тоже можете…

— Вы позволите называть вас Катенька?

Кати не ответила, а лишь смущённо кивнула. Держа пакет с красками и кистями, она медленно пошла вдоль реки. Алексей следовал рядом с ней, очень близко, иногда касаясь рукавом её пальто. Кати казалось, что все прохожие смотрят на них и шепчутся за спинами, но она чувствовала себя на верху блаженства. Всё же, чтобы не смущаться, она свернула на узкую улочку, плотно застроенную двухэтажными домиками. Лавок здесь почти не было, поэтому и люди встречались редко. Подарок Алексея убедил Кати, что капрал думал о ней, и даже если он и провёл пару вечеров с друзьями — что ж, можно и простить ему эту слабость. Так они гуляли около часа, рассказывая друг другу о своей жизни, наслаждаясь молодостью, весной и чувствуя, как в сердцах всё ярче разгорается пламя любви. Кати расцвела под восхищёнными взглядами Алексея, позабыв о мучающих её страхах и сомнениях. Мир снова заиграл яркими красками, жизнь была восхитительна, и вместе с ликующими после зимы птицами ликовала душа Кати.

Внезапно она спохватилась, что гуляет уже давно, и заторопилась домой, пока не встревожилась Ульяна Назаровна. Алексей хотел её проводить, но она отказалась.

— Матушка может быть не готова к твоему визиту. И не хочу объяснять ей, как мы встретились и почему так долго вместе гуляли. Лучше приходи к нам завтра вечером, Алёша, — попросила Кати.

— Увы, но завтра моё отделение несёт караул, я должен быть на службе. К тому же не уверен, смогу ли сдерживать свои чувства в присутствии Ульяны Назаровны и Панкрата Васильевича. Я бы с удовольствием подышал воздухом на этой тихой улице, если бы ты снова украсила её своим посещением.

— Так даже неплохо, ведь завтра среда, и мы с матушкой идём на рынок. А вот в четверг я могу прогуляться одна, — девушка улыбнулась.

— Тогда до четверга, Катенька, — Алексей прижал её руку к губам. — Скорее бы четверг! — воскликнул он, усаживаясь в седло.

Кати с улыбкой смотрела ему вслед, пока он не скрылся за домами, а потом поспешила домой. Она решила ничего не сообщать Ульяне Назаровне о встрече с Алексеем и не показывать его подарок, а тихо положить кисти и краски среди своих вещей. В то время как она, запыхавшись, поднималась по лестнице на второй этаж, Алексей скакал по мосту через Вислу.

— Добры день, пан Алекси! — окликнула его возвращающаяся из Варшавы Яся, но он не услышал девушку и промчался мимо, не удостоив её даже взгляда.

Это очень задело красивую Ясю. В голубых глазах блеснули острые льдинки, губы сжались от обиды, а в сердце проникла первая капелька яда ненависти.

Друзья Алексея не могли не заметить изменений в его настроении и добродушно подтрунивали над ним весь вечер, но он прощал любые шутки, если только они не касались чести возлюбленной Кати. Даже рядовые из его отделения, находившиеся у Алексея в подчинении, видели, что глаза командира светятся от счастья, а голос, отдающий приказы, не так строг, как обычно. В карауле всё прошло без происшествий, и в четверг, наскоро позавтракав, Алексей поскакал на правый берег Вислы. Кати показалась спустя полтора часа, когда он успел прошагать по узкой улочке туда и обратно раз двадцать, изучив все ворота и окошки. Даже собаки перестали лаять из-за заборов, привыкнув к его шагам и лошадиному цокоту копыт. С появлением Кати Алексей вдруг с удивлением обнаружил, что светит солнце, а в лёгком дуновении ветерка улавливается запах весны. Чтобы не испытывать терпение жителей этой улицы и не привлекать лишнего внимания, влюблённые отправились бродить по предместью и вскоре обнаружили укромное место, подходящее для свиданий. Между двумя домами вилась тонкая тропинка, выводящая к крохотному, притаившемуся позади глухих стен заброшенному садику. Сад примыкал к дому с закрытыми ставнями, поэтому гулять здесь можно было спокойно, не опасаясь любопытных глаз. За садом когда-то ухаживали. Из-под сгнивших прошлогодних листьев выглядывали выложенные камнями дорожки. Снег на них давно растаял, а грязь подсохла. Две растрескавшиеся лавочки утонули в вишнёвой поросли, а нависшая над ними яблоня протягивала толстую ветку, словно здороваясь. К ней Алексей привязал лошадь и шёл рядом с Кати, опирающейся на его руку. Нет смысла приводить их разговор, ибо все разговоры влюблённых наивны и милы. Словами они говорят о пустяках, а интонациями, улыбками, паузами и взглядами — о главном.