Книга Влюбленный астроном, страница 54 – Антуан Лорен

У Ксавье возникло отчетливое ощущение, что он попал куда-то в преддверие рая. Во всяком случае, примерно так это и должно выглядеть, подумал он.

Они сели в кресла, и тотчас мажордом принес два блюда с шашлыком из омара. Он предложил им спритц с кампари, шевалье-монраше или шампанское Cristal Roederer. Алиса высказалась за белое вино, и Ксавье последовал ее примеру.

— Прекрасный выбор, – одобрил Луиджи. – Честно говоря, два других варианта были ловушкой, – лукаво добавил он. – Шевалье-монраше – лучшее в мире белое вино.

Мажордом наполнил их бокалы бледно-золотистым напитком, посверкивающим в лучах солнца. Они сделали по глотку, оценив по достоинству белое сухое бургундское с его такими редкими и такими восхитительными минеральными нотками. Беседа за столом плавно перешла к птице додо, работу над которой как раз закончила Алиса; она показала им несколько фотографий на смартфоне. Потом заговорили о ценах на недвижимость.

— Может быть, я скоро перееду, – сказала Алиса. – Ксавье показал мне одну квартиру, и она мне понравилась.

Луиджи, услышав о том, чем занимается Ксавье, сообщил, что его дочь, живущая в Милане, подыскивает себе пристанище в Париже; если у Ксавье появится на примете что-то подходящее, пусть обязательно даст ему знать.

Наконец, заговорили о книгах. Луиджи читал сочинение об очень странных перемещениях: труд по квантовой математике о параллельных вселенных. Если верить этой гипотезе, мы существуем во множестве схожих миров, которые взаимно отражаются на манер двух поставленных одно напротив другого зеркал, однако могут различаться в деталях, формируя вариативность развития событий; какой вариант реализуется, зависит от того, какой выбор мы делаем в тот или иной момент своей жизни: с какой профессией и с какой женщиной решаем связать свою судьбу. Все трое помолчали, задумавшись над поэзией бесконечных возможностей, открываемых квантовой теорией; над сотнями наших собственных клонов, на каждом ключевом этапе избирающих для себя иной путь.

Алиса, неравнодушная к романтизму XIX века, перечитывала Эдгара По. Кроме того, она с интересом поглощала изданное в XVIII веке сочинение никому не известного Альдебера д’Аркура о лемурах, которое раскопала в лабиринтах eBay. Когда настала очередь Ксавье, он упомянул труд королевского астронома, чем вызвал у Луиджи неподдельное изумление.

— Гийом Лежантиль де ла Галазьер… – протянул итальянец. – Давненько я не произносил это имя. У меня было первое издание «Путешествия по Индийскому океану». Я расстался с ним, когда выставил на продажу свою библиотеку.

— В каком году это было? – спросила Алиса.

— В 2003-м, в ноябре и декабре. На «Сотбис». Два каталога, тысяча семьсот томов. Себе я оставил только те книги, которые время от времени перечитываю. Что вы хотите, мои дочери не интересуются литературой. Так уж лучше, если сокровища моей библиотеки еще при моей жизни попадут в руки настоящих ценителей. Кстати, о Гийоме Лежантиле, – сказал он, поворачиваясь к Ксавье. – Странно, что вы о нем заговорили. Дело в том, что я буквально неделю назад думал о нем.

Ксавье вопросительно уставился на итальянца.

— Я читал один научный журнал, и там как раз была статья о прохождении Венеры перед диском Солнца.

— Тот самом, что наблюдал Гийом Лежантиль?