Книга Хозяйка дворца, страница 152 – Чжоу Мо

— Хозяйка, солонский стражник прав, – сказал Чуаньцзы. Хоть у него не было такого отличного источника информации, как у служанки, зато знакомых во дворце хватало, и, сложив все ими сказанное вместе, он тоже почуял неладное. – Я чувствую, что ветер в Запретном городе скоро переменится, нам нужно сменить курс.

Оказавшейся в центре бури вдовствующей императрице приходилось гораздо сложнее.

— Мать-императрица, – вошла в храм тетушка Лю, – уже поздно, вы должны соблюдать распорядок.

Тук-тук-тук! Сидя на молитвенном коврике, императрица продолжала молча отбивать удары по деревянной рыбе.

Тетушка Лю произнесла со вздохом:

— Если вдовствующая императрица допустит встречу с помощником министра Цянем, то годы ее упорного труда рухнут в одночасье.

Звуки ударов прекратились, вдовствующая императрица медленно открыла глаза.

— Поспрашивай и узнай, где сейчас помощник министра Цянь.

Река может казаться кристально чистой, но стоит императору отдать приказ, как бесчисленные руки выкопают ил и песок с самого ее дна.

— Ваше величество, – начал свой доклад в павильоне Янсинь солонский стражник, – я дотошно расспросил всех старых слуг с княжеского подворья. Некоторые из них еще помнят гэгэ Цянь, она действительно происходила из Цзясина, в девять лет ее через перекупщиков продали во дворец. Когда ей было шестнадцать, она преданно ухаживала за великим князем во время его болезни и так завоевала его благосклонность.

Хунли забарабанил пальцами по столу.

— У нее остались родные?

Хайланча ответил неуверенно:

— Цянь Чжэнъюань – ее родной старший брат.

— Цянь Чжэнъюань? – поразился Хунли и невольно вновь посмотрел на Цянь «Сияние весны» – на картине мать пряла пряжу, собирая сына в дорогу.

— Да, – подтвердил Хайланча, опустив голову. – Семья Цянь бедствовала, и в страхе, что девочка умрет от голода, ее поручили заботам родственников. Кто же мог предположить, что случится засуха и опекуны продадут девочку? Матушка Цянь повсюду искала дочь, а когда через несколько лет нашла, та уже была гэгэ во дворце, и родные не могли ее забрать. После этого Цянь Чжэнъюань хорошо показал себя на государственных экзаменах, и только тогда семья Цянь смогла снова начать благополучную жизнь.

На середине рассказа Хунли с треском развернул картину.

Раньше он не присматривался к ней внимательно, теперь же подробно изучил ее во всех деталях и вздохнул.

— Вот, значит, как.

Только сейчас он заметил, что за спиной женщины спрятана фигурка очаровательной маленькой девочки.

— Сияние весны… Сияние весны… – Хунли коснулся лица девочки. Может, это была лишь игра воображения, но чем дольше он на нее смотрел, тем больше ему казалось, что они похожи, тем больше он ощущал их связь. Дрогнувшим голосом он сказал:

— Этой картиной Цянь Чжэнъюань хотел мне напомнить, что настоящую благодарность я должен испытывать не к Нюхуру…

С трудом уняв волнение, он глухо приказал:

— Приведите ко мне Цянь Чжэнъюаня, я должен его расспросить!

Хайланча, повинуясь приказу, вышел.

Хунли с нетерпением ждал встречи, несколько дней не мог успокоиться, не помогало даже чтение документов. Когда стражник наконец вернулся, император с удивлением увидел, что Хайланча один.

— Где же он?

Мрачный Хайланча почтительно сложил руки на груди и ответил: