Книга Хозяйка дворца, страница 236 – Чжоу Мо

Какое там отравление! Очевидно же: он, поняв, что дела плохи, поспешил огрызнуться в ответ и заодно облить помоями ее.

— Но ведь я вырастила его… – Она наконец забыла о своих подозрениях насчет евнуха и устало опустила взгляд. – Своими действиями он навредил не только себе. Какая неимоверная глупость. Император велел отвести в министерство по делам двора Юнчэна, но подозревать будет меня. Ох…

Хунли действительно был полон подозрений.

Глядя на удаляющуюся главную супругу, он задумчиво барабанил по столу.

— Думаешь, это устроил Юнчэн?

— Не знаю, ваше величество, – откликнулся Фухэн.

Хунли покосился в его сторону.

— Не знаешь или не смеешь говорить?

— Ваше величество, я верю, что четвертый агэ сказал правду: он действительно испортил старый мушкет пятого агэ, но к новому оружию он не прикасался. Возможно, ранение пятого агэ действительно несчастный случай.

— Разве бывают такие происшествия без причины? Может, Юнчэн и не собирался убивать брата, но его узколобость и подлость стали орудием в чужих руках – отличный план!

Куда мог вдруг ни с того ни с сего подеваться Цзиньжун? За его исчезновением стоял истинный виновник. Кто это был, императрица-преемница или кто-то еще? Хунли подозревал главную супругу и всех вокруг…

После возвращения из павильона Янсинь императрица, сказавшись больной, перестала выходить.

Все вокруг подозревали, что дело в четвертом агэ и она прячется от бури. Но на самом деле она действительно не могла встать с постели из-за горячки.

— Постой-ка! – Чуньван окликнул направляющуюся в покои служанку. – Императрица в дурном положении, а ты выглядишь простушкой, это наверняка ей не понравится.

Служанку звали Юньсян, она совсем недавно попала во дворец, была юна и прекрасна. Она робко спросила:

— И что же мне делать?

Чуньван осмотрелся по сторонам, увидел у галереи пышно цветущее персиковое дерево, сорвал с ветки цветок и воткнул ей в волосы за ухом.

— Этот цветок так красив, что болезнь наверняка отступит, как только она его увидит.

Взгляд его был таким внимательным, а голос нежным, что казалось, он говорит не о цветке, а о девушке.

Юньсян зарделась от стыда, огляделась кругом и попросила шепотом:

— Осторожнее, чтобы барышня Чжэнь не увидела, а то мне попадет.

Юань Чуньван до сих пор был красив, какая служанка могла бы перед ним устоять? Ради него Чжэньэр оставалась одна, превратилась в никому не нужную старую деву и теперь пристально за ним наблюдала: стоило какой-нибудь девице взглянуть на евнуха, как она получала от Чжэньэр серьезную взбучку.

Юньсян осторожно поправила цветок в волосах и понесла в комнату лекарство. Императрица Сянь, изможденная болезнью, спрашивала сидящую рядом Чжэньэр:

— Когда прибудет император?

— Скоро, – ответила Чжэньэр. – Сегодня император проводит большое собрание, как закончит с делами, обязательно вас навестит.

Ее величество кивнула.

— Принеси зеркало, я расчешусь и накрашусь.

Даже Чжэньэр было немного не по себе от этой просьбы, потому что от вида своего отражения госпожа в последние годы приходила в дурное расположение духа. И чем дальше, тем хуже обстояли дела: теперь она выходила из себя, стоило ей только завидеть зеркало.

— Здесь… – госпожа сразу же коснулась шеи, – как будто морщин прибавилось?