Книга Хозяйка дворца, страница 28 – Чжоу Мо

— Ваше императорское величество, откуда вы здесь?

Раздразненный соблазнительной картиной, Хунли, не дожидаясь, пока она поднимется, прижал ее к простыне.

Черные пряди брызгами туши разметались по белоснежному покрывалу, а подобравшая облако волос Вэй Инло вновь обрела привычный вид. Она не боялась его и не была им очарована, она сама была подобна облаку – не стремилась приблизиться, но и не отдалялась, лишь произнесла с улыбкой:

— Мы в саду… Император, вы нарушаете правила.

Хунли поймал это яркое облако рукой и склонился, чтобы припасть к ее шее – словно поймавший добычу дикий зверь, он грубо укусил ее и процедил сквозь зубы:

— Замолчи… Я – твое правило!

Лишь бы ей было хорошо, остальное неважно. Даже ее легкое сопротивление доставляло своего рода удовольствие. Подобно тому как шипы прекрасного цветка не ранят того, кто по-настоящему им очарован.

Хунли закрыл глаза и нежно поцеловал цветок под его губами. Он еще не знал, нравится ли ему этот цветок, а даже если нравится… он ни за что бы в этом не признался.

Минъюй вышла со двора, но не стала задерживаться рядом с Ли Юем, опасаясь, что он может заметить в ее поведении неестественность, и поспешно нашла предлог, чтобы удалиться. В конце концов она не выдержала, села в траву и спрятала лицо в коленях, плечи ее при этом мелко подрагивали.

Она и сама не знала, сколько прошло времени, прежде чем на ее плечо легла мужская рука.

Служанка испуганно вскочила, теперь она еще сильнее боялась поднять голову.

— Почему же ты не смотришь на меня? – Ее собеседник рассмеялся.

Узнав голос, девушка подняла голову. Когда их глаза встретились, Хайланча растерянно спросил:

— Минъюй… Почему ты плачешь?

Минъюй ничего не отвечала, она только смотрела на него и продолжала молча плакать.

Хайланча дежурил этой ночью, и ему, вообще-то, не следовало бы уходить в самовольную отлучку, но при виде горя любимой девушки он быстро сбегал к одному из стражников, с которым был в хороших отношениях, договорился подмениться.

После этого вернулся к Минъюй, присел рядом и строго на нее взглянул.

— Что все-таки случилось?

Девушка еще раз всхлипнула и сказала осипшим голосом:

— Кажется, я совершила ошибку.

Хайланча рассмеялся:

— Кто в этом мире не совершал ошибок?

— Нет, ты не понимаешь.

— Так расскажи мне, чтобы я понял.

И Минъюй, задыхаясь от волнения, принялась говорить:

— Если бы я промолчала, в двадцать пять лет Инло могла бы покинуть дворец. Такая, как она, где угодно смогла бы жить счастливо. А я собственными руками сгубила ее счастье и навсегда заперла ее в Запретном городе. И все это – моя вина! Во всем виновата я!

— Минъюй, это ведь вышло не по твоей воле…

— Нет, я сама этого хотела! Благородная супруга Чунь все время меня третировала, я больше не желала с этим мириться и мечтала восстановить справедливость, вот и втянула в это Инло. Я подлая, я злая!

— Минъюй! Минъюй! Не плачь, не надо плакать! Ты вовсе не такая, не нужно себя винить…