Онлайн книга «От выстрела до выстрела»
|
Присутствовал на дуэли и доктор — всё как полагалось. Оружие проверили. Встали на расстояние, в стойку. Отсчитывалось время до выстрелов. Прицелились и, с вытянутой руки, выстрелили. Прозвучал гром вылетевших пуль, от стволов взвился лёгкий дымок. Сначала показалось, что ничего не произошло — первая пуля пронеслась в Шаховского, вздрогнувшего и выстрелившего на мгновение позже. Он осел на одну ногу, в которую угодил заряд. Но потом Дмитрий посмотрел на друга, и увидел, как тот наклонил голову, оглядывая себя. Что-то почувствовал. Попытался поднять свою руку, но стал заваливаться. Нейдгард бросился к нему. Михаил смог сам сесть, но все, приближаясь, уже видели потёкшую по груди кровь. Пуля попала в область сердца. — Миша! — Дмитрий упал на колени рядом с ним. Доктор склонился, чтобы определить, куда именно пришёлся выстрел и, расстегнув рубашку и заглянув под неё, тяжело вздохнул. — Миша, что ж ты… как же ты!.. Так… — Оля… — произнёс он губами, от которых медленно отступала кровь. — Оле скажи, чтоб не жалела. Судьба такая, Бог так рассудил. Дмитрию не хотелось припоминать вчерашние слова, что Бог на стороне тех, за кем справедливость. Он ведь тоже понимал, что правда была за Мишей, а не за Шаховским, как же так случилось? Почему Бог дал этому случиться? Где взять ответ? — Ты держись, Миша, авось обойдётся… — Нет, что ты, — ухмыльнулся он и поморщился. Глаза ещё не мутнели, но всё очевиднее становилось, что конец не за горами. — Дима, ты… ты передай братьям, Сашке и Пете, чтоб об отце позаботились, и Оле… знаю, Пете она нравится… и ты о ней тоже заботься. — Дурак ты, Миша, — стиснув зубы, сказал друг, — вот стоило оно того? Глупость вся эта… — Ты получше мне что скажи, — откидывая голову, попросил молодой человек, — неужто хочешь, чтоб последнее, с чем в могилу пойду, это «дурак»? Нейдгарду хотелось лить слёзы, горькие, солёные, но смысла в них не было — разве исправить произошедшее, отмотать время назад? Он постарался улыбнуться, чтобы последнее, с чем ушёл бы друг к праотцам — была радость. — Ты всё правильно сделал, Мишка. Потому Господь тебя к себе и забирает — ему правильные самому нужны. Умирающий дуэлянт улыбнулся слабо. Подошедший, хромая, Иван Шаховской скорбел не меньше других — он не гордился тем, что сделал. Не он, холодный и циничный, звал юношу на дуэль, но когда его звали — отказаться не мог. Дело чести. Михаил был благородным и храбрым молодым человеком. Но благородство и храбрость никого ещё не спасали от внезапной и бессмысленной гибели. Час спустя, перенесённый в лодку, покачивающуюся на холодных волнах бегущей в залив Невы, по пути обратно, в город, Михаил испустил последний вздох. Его грудь прекратила вздыматься. Присутствующие сняли головные уборы. Где-то в стороне послышался звон церковных колоколов, разнёсшихся по округе. * * * На третий день, к похоронам, вернулась та же самая чудесная погода. Два дня шёл промозглый дождь, но вот — выглянуло солнце. В Александро-Невской лавре собралось на отпевание немало людей. Отцу отправили весть о произошедшем, но он всё равно не успел бы приехать из Орловщины. Мать тоже уже два года жила в Лозанне, поправляла здоровье. Говорили, что под этим предлогом просто не хотела жить с мужем. Или муж не хотел с ней жить и попросил отправиться в чудесное путешествие на европейские курорты. |