Книга Змей на лезвии, страница 199 – Елизавета Дворецкая

— Это он. – Правена подняла глаза и взглянула на Бера. – Это меч Рауда. Этот меч еще в начале лета носил телохранитель моего мужа. – Она перевела взгляд на Анунда. – Этот человек пошел вместе с моим мужем на то место, где его убили, и пал вместе с ним, их тела нашли наутро. Но меча этого не было – его унесли убийцы. Я могу назвать их имена: Игмор сын Гримкеля, Градимир сын Векожита, Красен сын Радивца.

Речь эта настолько поразила Анунда, что он не сумел этого скрыть.

— И стоило бы тебе знать, – добавила Правена, – ты принял дар от убийц!

Пока изумленный Анунд думал, что ответить, Бер посмотрел на Вальгеста. Это ведь Вальгест на том лугу близ горелого погоста сказал, что они найдут следы Игморовой братии в Озерном Доме. Чистую правду сказал – следы нашлись. Не только в виде меча. Уверенность Анунда, что Бер желает ему гибели – тоже след, еще какой. И как бы им эта находка не обошлась слишком дорого…

— Ты сумеешь незаметно отсюда выйти? – шепнула Правена Вальгесту.

Почти в темноте они стояли у двери кудо и ждали, пока Дагни отдаст по-мерянски какие-то распоряжения своей челяди. Правена уже убедилась: Вальгеста не видит и не слышит никто, кроме нее и Бера. Нужно только постараться, чтобы никто не заметил, как она разговаривает с пустым местом.

— Сумею. Ты уверена, что не боишься остаться здесь одна?

— А что они мне сделают? Лучше бы ты остался с Бером.

И где бы я тебя тайком устроила, мельком подумала Правена. Трудно, должно быть, в женском покое расположить на ночлег крупного мужчину, чтобы его никто не заметил, пусть он и умеет так хорошо отводить глаза…

— Не думаю, чтобы ему сейчас что-то угрожало.

Бера Анунд поместил в пустую клеть возле грида и, как Правена была уверена, приставил стражу. Ее свидетельство мало помогло. Выслушав полный рассказ о смерти Улеба и пути мстителей, Анунд был несколько озадачен: Игморова братия скрыла от него, что Бера ведет по их следу долг кровной мести. Но этого было мало, чтобы сделать владыку Озерного Дома союзником Бера. Бер был внуком Олава конунга, законным сыном рода из Хольмгарда, и этого было достаточно, чтобы Анунд отнесся к нему с недоверием и настороженностью. «Ты плохо подумал, прежде чем явиться в мои владения с вооруженной дружиной, не уведомив меня заранее! – назидательно сказал он. – Если ты внук конунга, должен понимать такие дела».

Бер, как человек справедливый, поневоле признал его правоту. Имея мирные намерения, он обязан был предупредить Анунда и получить разрешение привести вооруженных людей и искать чьей-то смерти. Анунд объявил, что пока подержит Бера у себя, а тем временем подумает, как с ним быть. Его поместили в пустующую до сбора дани клеть, принесли в нее все необходимое: скамьи, стол, лохань для умывания. Дагни засуетилась, отыскивая тюфяк, подушки, одеяла, всякие настилальники и посуду. Анунд обещал присылать Беру еду со своего стола и даже приглашать в грид, но по сути Бер оказался пленником. Устраиваясь спать в своем новом, охраняемом снаружи обиталище, он тревожился не столько за себя, сколько за дружину.

— Нужно передать Алдану, чтобы вели себя смирно, пока это все не уладится, – тихо сказал он Правене. – Если они сейчас наделают глупостей, лучше мне не станет.

— Алдан не наделает глупостей.