Онлайн книга «Змей на лезвии»
|
— Чем бы это ни кончилось, – со вздохом сказал он, глядя на смущенную, с пылающими щеками Вефрид, – я всегда буду благодарен тебе за ту помощь, которую ты мне оказала уже своим желанием… Вздохнув, Вефрид опустила глаза. Навредить ему, вольно или невольно, у нее пока получалось лучше, чем помочь. Что если Один все же играет ею, как стеклянной фишкой на доске, ради своих загадочных целей? Правена, сидевшая рядом, крепко сжала ее руку. И Вефрид подумала: этой поездкой она поможет и Правене, поможет обезопасить ее ребенка, а уж на таком пути сама Фрейя будет ей защитой! Глава 4 — Нынче свершилась какая-то большая беда, – сказала Сванхейд, когда утром Малфа зашла к ней вместе с Итой, служанкой. Осень в Хольмгарде выдалась дождливая и холодная. Сванхейд прихварывала и порой целыми днями не вставала с постели, выходила только, пока у нее в шомнуше топили печь – от дыма она принималась уж слишком сильно кашлять. По утрам Ита или Малфа приносили ей горячий отвар из трав и ягод: зверобоя, шалфея, земляничного листа, ромашки, шиповника. Под утро шомнуша выстывала, несмотря на медвежьи шкуры на всех стенах, и Сванхейд лежала под двумя одеялами из дорогих черных соболей, в длинных шерстяных чулках, двух шерстяных рубашках и чепце. Под всем этим, на широком, богатом конунговом ложе она казалась такой маленькой и хрупкой! Не верилось, что это – могущественная владычица, пятьдесят пять лет почитаемая в этих краях превыше всех женщин, некогда глава многочисленного семейства с большой дружиной, «госпожа медовой палаты», самой богатой в Гардах. И что от всего этого осталось? Только Малфа да двое сыновей Логи-Хакона, мальчики десяти и двенадцати лет. Неужели и вся слава Хольмгарда так же растает, угаснет вместе со Сванхейд? С месяц назад, после окончания жатвы, Малфа вышла замуж. На свадьбу из Выбут приехала ее мать – Предслава, со старшим сыном. Рассказала, что Ута держится бодро, только все время называет внука Улебом – мысленно она вернулась в то далекое время, первые годы замужества, когда жила в Киеве и нянчила первенца. Так ее рассудок защищался от невыносимой потери: выбросил прошедшие двадцать пять лет, когда ее любимый сын успел вырасти, стать мужчиной и умереть, сделал его вновь малым ребенком на руках у матери. После свадьбы Малфа переселилась в Словенск, откуда был родом Дедич, но своему новому дому пока уделяла мало внимания – ей приходилось ухаживать за прабабкой, которая осталась в Хольмгарде совсем без родни. Мало какой новобрачный безропотно терпел бы такое, и Дедич говорил, что если Бер до зимы не вернется, надо будет найти для Сванхейд какую-нибудь другую девушку. У Олава в этих краях есть еще родня, кроме Малфы, можно переселить в Хольмгард кого-то из дочерей или внучек покойного Ветрлиди либо Хакона ладожского. Малфе не хотелось злить мужа сразу после свадьбы, но она не решалась передать Сванхейд каким-то внучатым племянницам – сама была слишком ей обязана. Воля Сванхейд вывела ее из дремучего леса, куда она забилась после разрыва со Святославом, дала хорошую долю ей и ее первенцу, и теперь Малфа не знала бы покоя, если бы не пыталась выплатить этот долг. — Почему ты так думаешь? – Малфа села на край постели Сванхейд и взяла ее руку. – Как ты сегодня? Не мерзнешь? |