Онлайн книга «Змей на лезвии»
|
По сторонам от рыжего маячили два довольных лица – Анунд и Дагни. — Как хорошо, что ты зашла! – восклицала Дагни. – Я посылала за тобой. Посмотри – это Сигурд! — Мой старший сын! – пояснил такой же довольный Анунд. – Ездил с обозом и вот вернулся. Обоз будет к вечеру. Он приехал поскорее узнать, как у нас дела, ему Хедин рассказал… Правена все так же стояла, не в силах вымолвить ни слова. Дагни подбежала к ней и зашептала: — Не бойся! Сигурд тебе ничего плохого не сделает. Может, удыр тебе наболтали, что он, мол, оборотень и медведем ходит, но ты их не слушай… Он похож на нашего отца, это правда, но… Оборотень… медведем ходит… Голос Дагни доносился до Правены как издалека. Та назвала по имени эту странную силу, которую Правена сразу ощутила в нем. Она все смотрела ему в глаза – большие, светло-серые, а он так же пристально смотрел на нее. Под этим взглядом Правену пробирала дрожь – от испуга и почему-то от наслаждения, которому она не видела причин. Надо что-то сказать. Хотя бы поздороваться. В нем и правда жили чары – Правена вполне свободно разговаривала в свое время и с княгинями, и с воеводами, и с самим Святославом, а теперь не могла подобрать двух слов. — Он знает язык русов, – смеясь, подбодрила ее Дагни. – Сигурд, скажи ты что-нибудь, а не то Правена подумает, что ты можешь только рычать. — Прости, – низким голосом произнес Сигурд, и от звука этого голоса Правену снова пронизала дрожь. – Я онемел… от страха. Мне в Силверволле рассказали, что сюда заявилась… воительница из дальних стран, чтобы захватить Мерямаа… — Не шути так! – замахала на него руками Дагни. – Она не поймет, что ты шутишь. — Мы, может, и не против, чтобы нас захватили такие воительницы! – ухмыльнулся Анунд. Правена сглотнула. Сбылись ее ожидания, что прибытие обоза что-то поменяет. Еще как поменяет. И даже до того, как на ум пришли хоть два-три подходящих слова, она поняла – что именно. Что-то продолжала говорить довольная Дагни, но Правена ее не слушала – она уже все решила. * * * На пир начала зимы Анунд конунг созвал всех русов Озерного Дома и окрестностей, самых знатных мерянских кугыжей, послал даже за Хедином в Силверволл, чтобы иметь как можно больше надежных свидетелей договора. Перед очагом возложив руки на шкуру жертвенного вепря, Бер и Анунд принесли взаимные клятвы. Бер оставлял в Озерном Доме Правену и обещал не позднее следующего лета прислать сюда ее сына и посольство для установления нового «торгового мира». Анунд взамен возвращал Беру свободу. Правена поставила условие, чтобы с ней не заговаривали ни о каком новом браке ранее следующего лета. Анунд согласился на это и подтвердил обещание растить ее сына как своего родного внука. Золотой Рог Фрейра сиял на шкуре вепря, и Анунд призвал Бога Ванов в свидетели их взаимных обетов. — Как имя твоего сына? – спросил Анунд. Это было не простое любопытство: имя человека знатного рода выражает его притязания на власть и наследство того или иного из былых владык. А помня, что сын Улеба, как и он сам, принадлежал как бы к двум родам – Ингварову и Свенельдову, – было особенно важно, какой из них Улеб избрал для своего сына. — Ростислав, – ответила Правена. — Хрос…тислейв? – Анунд удивился, впервые услышав что-то подобное. – Кто это был? |