Книга Леди Жаворонок, страница 121 – Джо Беверли

Никаких сомнений не оставалось относительно того, кем на самом деле был Фарук. В бриджах, рубашке и сюртуке он выглядел настоящим англичанином, который слишком долго находился под тропическим солнцем. Где? В Алжире, в рабстве? Почему же его молодой друг так бледен?

Молодой человек был одет в такую же одежду, и, взглянув на него, Лаура еще раз убедилась в том, что это мужчина. Несмотря на бледность лица и нежные руки, у него были широкие мужские плечи и мужская фигура. Он улыбнулся ей какой-то странной улыбкой, и это заставило Лауру смутиться.

— Вы очаровательны, миссис Пенфолд, – сказал он ей.

— На самом деле я миссис Гардейн, – призналась Лаура, заметив, как при этих словах вздрогнул Фарук, после чего внимательно посмотрел на нее.

А она острым взглядом художника словно впервые увидела его. И моментально поняла, что напрасно пыталась «состарить» портрет Генри Гардейна, основываясь на рассказах о слабом, болезненном капитане Дайере. Ничего болезненного не было в облике этого человека.

— Вы и есть Генри Гардейн! – воскликнула потрясенная открытием Лаура.

Он ничего не ответил. Заговорил Стивен:

— Вот и последний штрих в этой загадке. Кстати, сэр, мое имя Стивен Болл, а это мой друг, мистер Делейни. Не представите ли вы нам вашего приятеля? – И поскольку Генри молчал, Стивен добавил: – Поверьте, мы не желаем вам зла, совсем наоборот.

— Мне трудно в это поверить, – произнес Генри на прекрасном английском языке, на таком, каким он говорил, когда Лаура слушала его через стенку.

Но теперь ей казалось, что небольшой акцент или просто необычная интонация звучали в его словах. Девять лет он не был на родине, думала Лаура, пытаясь забыть все свои предыдущие предположения и непредвзято, по-новому взглянуть на молодого виконта. Почему этот англичанин столько лет жил в варварской стране, если мог освободиться раньше? И почему, как спрашивал Николас, он решил вернуться именно теперь? У него ведь не было необходимости ждать, пока британские моряки освободят его. Несмотря на все эти вопросы, у нее голова кружилась от счастья. Генри Гардейн жив, теперь ее сын не является наследником Колдфорта, и ему не грозит опасность.

— Я уверен, сэр, – говорил в это время Стивен, – вам пришлось жить в таком обществе, где правда не в чести. Но здесь это не так. Если только вы не совершили серьезное преступление, даю вам слово, что и вы, и ваш приятель будете в безопасности.

— Уверяю вас, – вмешался Николас, – вы можете ему доверять. Вы можете доверять любому из нас.

Генри Гардейн кивнул:

— В Дрейкоме люди говорят о сэре Стивене Болле с огромным уважением.

Лаура улыбнулась Стивену, видя, что тот смутился.

— Мы не сможем помочь вам, если не будем знать правду, – сказал Стивен. – Почему вы пытались вымогать деньги у лорда Колдфорта, когда все, чем он владеет, в действительности принадлежит вам?

Лаура заметила, как капитан Дайер схватил Генри за руку. Его бледная рука выделялась на загорелой руке Генри.

— Ты ничего не сказал мне об этом, Телло.

Генри заговорил, не глядя на него:

— Это не имело значения, Дес. И сейчас ничего не значит. Мне не нужен ни титул, ни поместье, нам нужны только деньги. Почему я не могу получить часть того, что принадлежит мне по праву? – Холодным, недобрым взглядом он обвел всех присутствовавших. – Думаю, лорд Колдфорт согласится заплатить часть, чтобы сохранить все остальное.