Книга Леди, берегитесь!, страница 172 – Джо Беверли

Допив бокал, Фрэнк улыбнулся, но сразу посерьезнел.

— Это звучит как-то слишком театрально, знаешь ли.

— Всего лишь практичность. Будет нечестно жениться на ком-нибудь, имея лишь половину сердца. И, кроме того, я не думаю, что создан для притворства и банальности. Если мое сердце изменится… — Он пожал плечами. — Тем не менее, если хочешь услышать что-то оптимистичное, то я думаю о том, чтобы восстановить Стаурс-Корт, то есть построить здесь новый дом, хотя пока не знаю как решить проблему с сыростью.

Ощущая опасность в том, чтобы облечь новую идею в слова, Фрэнк все-таки сказал:

— Я тоже думал об этом. А сейчас, пожалуй, приглашу на танец вон ту застенчивую блондинку. И мой тебе совет: если хочешь стать частью местного общества, танцуй больше.

— Вот дьявол! Но ты прав. — Дариен оглядел зал. — Безопаснее всего с чьей-нибудь женой, я думаю.

— Канем! Канем! Почему ты считаешь, что чужие жены не представляют опасности?

Дариен засмеялся, а потом подошел к миссис Уизерспун и пригласил на вальс. Дама, явно под сорок, вспыхнула, встревожившись.

Тея чувствовала бы себя счастливой, если бы удавалось проводить дни в уединении и тишине, но приходилось исполнять негласное обещание жить так, как живут остальные. Это было необходимо в любом случае. До Сомерсета доходили новости из Лондона, поэтому она была вынуждена тушить пламя повсеместно распространявшихся спекуляций. Если бы всем показалось, что она изменилась и превратилась в затворницу, виновником объявили бы Дариена.

И так, ей было нужно демонстрировать всем, что безумно рада своей помолвке, что она и делала. Они с матерью сразу говорили о героизме Дариена, если только кто-то упоминал о нем, и наконец, почти у всех сложилось впечатление, что он вытащил Тею прямо из дьявольских когтей Фокстолла. Именно этого они и добивались.

Когда парламент закончил работу, Авонфорт вернулся в свое поместье, и у Теи возникли новые сложности. Он больше не приставал с предложениями, но если бы вел себя холодно и нелюбезно, она просто не обратила бы на него внимания, но ей нужно было пообщаться с теми, кто видел Дариена недавно и мог бы что-то рассказать о нем.

Через день приехал герцог, но все, что знал о Дариене, — отъезд в Стаурс-Корт, что и так было известно.

Как было приказано, — подумала Тея, но не осмелилась спросить что-то еще. Ей было известно, что отец не готов принять Кейва в качестве мужа для нее, но она-то думала иначе. Тея благословляла помолвку за то, что она позволяла, даже принуждала сколь угодно часто упоминать его имя на публике.

В их библиотеке Тея нашла кое-какие книги, в которых упоминались Кейвы и Стаурс-Корт, и втайне изучала их, словно в этом было что-то греховное. Интересно, знает ли Дариен, что Кейв, который получил усадьбу в награду, женился на вдове — последней представительнице рода Стаур? Если нет, она расскажет ему об этом.

В путеводителе по усадьбам в Уорвикшире она нашла гравюру с изображением их дома, а в описании говорилось, что «в здании ощущается недостаток архитектурной значимости, и для него выбрано неудачное место». Она подавила улыбку и подумала: «Бедный Канем!» Неожиданно ей захотелось оказаться там вместе с ним и заняться его проблемами, а еще стало интересно, в какой из комнат изображенного на картинке дома Дариен находится сейчас, если он вообще там. Он мог уехать в свое поместье в Ланкашир или даже в то, что расположено в Ирландии. Тея не смогла найти книг, в которых упоминались бы эти поместья. Он мог уехать и в Шотландию, чтобы поохотиться, или в Брайтон, чтобы поразвлечься. Мог сесть на корабль и отправиться в Австралию, а мог уже и умереть! Нет, ей непременно об этом сказали бы.