Книга Подарок судьбы, страница 28 – Джо Беверли

Да и находилась она здесь по одной простой причине: отыскать золото, которое где-то припрятал граф. Деньги по праву принадлежали банде из Драконовой бухты и были сейчас отчаянно нужны Дэвиду. Только Кон этого не поймет, решит, что это новое предательство с ее стороны. Если же рейд пройдет гладко, на что она очень надеется, люди уже не будут так сильно нуждаться в деньгах, и ей не придется лгать Кону…

Пауза в их разговоре затянулась. Сьюзен опасалась, что может, в конце концов, сказать такое, о чем потом пожалеет, и, чтобы разрядить обстановку, открыла ближайшую дверь в стене.

— Это новшество появилось уже после того, как вы пользовались этими комнатами.

Он подошел к ней и заглянул в соседнее помещение:

— Неужели римская баня?

— Да.

Сьюзен предложила ему пройти по узкой полоске покрытого плиткой пола и подняться по нескольким ступеням, чтобы посмотреть сверху на огромную, выложенную мозаикой ванну, совершенно выпустив из виду картину, которая висела здесь. А на этой картине был изображен святой Георгий, узнаваемый лишь по шлему, потому что ничего другого на нем не было. Его напряженный, огромных размеров фаллос готов был вонзиться в прикованную к скале цепями женщину, предположительно принцессу, которая явно пыталась воспротивиться своей судьбе.

— Столь эксцентричная форма убийства физически невозможна, – заметил Кон, – как и эта ванна, должно быть, непригодна для купания. Краны здесь работают?

— Конечно, – она обошла ванну и остановилась по другую сторону, подальше от него. – На чердаке имеется цистерна, а под ней топка. Чтобы нагреть воду, требуется время, но ванну можно наполнить.

— Вижу, что имеется и выпускное отверстие. Куда выходит вода?

Их голоса эхом отражались от выложенных плиткой стен, и она подумала, что гулкие удары ее сердца, очевидно, тоже слышны. Пока он смотрел в другую сторону, она дюйм за дюймом рассматривала его и поражалась изменениям в его внешности: вроде бы все то же, но четче, резче, мужественнее.

— Сначала вода попадает в горгулью, а потом стекает вниз. Из вежливости следует сначала позвонить в колокольчик.

Он окинул взглядом мозаичные стены, на которых были изображены деревья, тоже похожие на фаллосы, а также другие непристойности, и спросил:

— А что, мой дорогой усопший родственник часто пользовался этим удобством?

— Насколько мне известно, время от времени.

— Один?

— Я так не думаю. Ванна слишком велика для одного человека.

Он взглянул на нее, как подобает графу:

— Я желаю переехать в эти комнаты, миссис Карслейк. Мне очень нравится ванна. Позаботьтесь об этом, пожалуйста.

Сьюзен с трудом удержалась от возмущенного возгласа. Поселившись в этой комнате, он изо дня в день будет видеть эти непристойности, и кто знает, к чему это приведет. Тем не менее спорить она не посмела:

— Как скажете, милорд.

Кем бы он теперь ни стал, она не хотела, чтобы он с кем-нибудь вместе купался в этой ванне. С Дидди, например. Когда они вышли из комнаты, она зачем-то ему сказала:

— Я стараюсь придать этому дому респектабельность, милорд, и надеюсь, что вы не станете использовать ванну в непристойных целях.

— Уж не пытаетесь ли вы навязывать мне правила поведения, миссис Карслейк?

— Мне кажется, я обязана следить за нравственностью прислуги, милорд.