Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 214 – Любовь Сушко

Она появилась в нашем замке в тот день, когда увезли тело девочки и уехала матушка и попросилась прислуживать. Но я сразу поняла, что она не служанка. Тогда Всеслав и решил показать себя во всей красе.

Я затаилась, чтобы послушать, о чем они говорят. Князь был рядом с нею.

— Зачем ты здесь появилась, – раздраженно спрашивал он

Я сразу поняла, что они были хорошо знакомы прежде. Марина усмехнулась и нисколько не смутилась.

— А разве ты забыл, как нам было хорошо вместе? – спросила она, дерзко бросая ему вызов, – разве эта девица может тебя ублажать так, как я?

Он что-то на это тихо ответил.

Я готова была вырваться из своего убежища и броситься к ним, но что-то меня удерживало на месте. Тогда он заговорил:

— Это ты… Я видел тебя на озере. Зачем тебе нужно было убивать чужого ребенка? Не понимаю.

Она немного помолчала, потом заговорила снова:

— Елизавета моя подруга, я не позволю тебе уйти от наказания. Эта девочка – дочь Гаральда, она не должна была жить. Я не могла допустить этого, – повторяла Марина.

Я незаметно ушла прочь. Говорить было не о чем. Меня не интересовало то, что будет происходить дальше. Я узнала, что моя сестра Ванда и на самом деле была убита. Мать могла о том только догадываться, но она была возлюбленной Гаральда и за это жестоко наказана, она потеряла меня когда-то без особой печали, но потеряла и его ребенка тоже. Понятно было, почему она так убивалась из-за этой девочки. Я же убедилась в том, что в нашем мире происходили жуткие вещи. Хотя радовало то, что князь в этом не был замешан.

Матери не было в Пскове. Но никто не говорил о том, что она умерла. И тогда я спросила о ней у Всеслава. Матушка отправилась в монастырь и укрылась где-то там. Лучше или хуже смерти все это, кто его знает? Впервые мне стало жаль ее до слез, хотя и мое положение было немногим лучше, чем у нее.

Мне все чаще казалось, что мной кто-то управляет. Но связанно это было не с чародеем, это точно. Но что будет со мной завтра? Если бы я могла это знать.

Зато для князя это было самое спокойно время, ему не о чем было волноваться.

А вот в моей жизни неожиданно сдвинулось все с мертвой точки. Я поняла в те дни, что у меня будет ребенок. Это и обрадовало, и испугало. Но радость была сильнее огорчений. Просто хотелось забыть обо всем и только с ним оставаться. Я знала, что буду любить этого ребенка, хотя в отместку моей матери.

Пусть в Киев мне был закрыт, но может быть моя дочь, а это будет именно дочь, поможет мне там оказаться. Может Доля останется с ней, тогда мы тоже получим что-то. Мне стоило попытать счастье и отправиться завоевывать Киев. Но я не могла толкнуть к этому князя. Сам же он больше этого не хотел.

Я долго бродила в одиночестве по городу, и думала, что можно предпринять. Ребенок уже рос в моей утробе. Я должна была о нем позаботиться.

Дни радости сменились месяцами печали.

Всеслав появился в городе мрачный и непроницаемый. Он стал говорить о младших князьях. Они готовы были из-за чужих уделов уничтожить все на свете.

— Но ты старший, соберись с силами, только ты один способен навести порядок, – пыталась я его убедить.

— Разве мало того, что было? Смерти, погреб, скитания, я не хочу терять то, что у меня уже есть. Эти звери объединились, уничтожили Изяслава, ты хочешь и для меня такой же участи?