Книга Королева Шотландии в плену, страница 186 – Виктория Холт

— Я никогда не отошлю прочь моих друзей.

Бесс пожала плечами. Она была потрясена, рассержена на себя и на своего мужа. Прекрасное положение дел, когда заговор такого масштаба рождается под их носом, а они ничего не знают об этом.

Это будет конец для Норфолка — в этом она была уверена. Будет ли это концом для Марии, королевы Скоттов? Вполне возможно, так как если будет доказано, что она участвовала в заговоре против Елизаветы, то она действительно заслуживает смертной казни.

Несомненно, графу и графине Шрусбери придется доказывать свою невиновность.

Бесс редко была так потрясена. Они жили в тревожные времена, и Шрусбери мог иногда вести себя глупо, особенно из-за своей прекрасной королевы, поэтому Бесс должна думать за них обоих.

— Вы хорошо сделаете, ваше величество, если сами выберете шестнадцать человек, которые останутся с вами, — резко заявила она. — Если вы не сделаете этого, тогда мы сами выберем их для вас.

Шрусбери сравнительно мягко произнес:

— Ваше величество должно понять, что вы подвергаете себя смертельной опасности.

Мария нетерпеливо ответила:

— Я находилась в смертельной опасности с того момента, как попросила убежища у вашей повелительницы.

— Но, — предупредил Шрусбери, — никогда не были в такой опасности, как сейчас.

— Пошли, пошли, — сказала Бесс. — Бесполезно выражать соболезнования ее величеству. Если она участвовала в заговорах против нашей королевы, то она прекрасно понимает, какому риску себя подвергала. Будет лучше, ваше величество, если вы сами сделаете выбор… и поскорее; я вас вновь предупреждаю, что если вы не сделаете выбор, то он будет сделан за вас.

Она сделала знак графу, и они вместе покинули королеву. Мария тотчас позвала Сетон: которая слышала все, стоя в передней. Сетон ничего не сказала. Слова были не нужны. Еще никогда в жизни Сетон не испытывала такого страха за свою госпожу.

В апартаментах королевы воцарилась глубокая меланхолия.

— Как я могу выбирать из всех, кого я так люблю? — вновь и вновь спрашивала Мария. — Как я смогу обойтись хоть без одного из них!

Вошла Бесс. Она с неодобрением обращалась с Марией в присутствии посторонних, но когда они оставались наедине, она позволяла себе проявить немного симпатии. В душе она считала Марию дурой… окруженной дураками. Так много попыток и ни одной удачной! Бесс благодарила Бога, что они не удались. Ее волновало, чтобы никто не мог сказать, что она оказала какую-то помощь королеве Скоттов. Неудивительно, что здоровье графа Шрусбери пострадало из-за этой миссии. Ничто в королевстве не может быть опаснее, чем охранять королеву Скоттов.

— Ваше величество, — холодно произнесла она, — если вы не решите, кто из ваших слуг должен уехать, а кто останется, то нам с графом не останется другого выхода, как решить это за вас.

Мария отвернулась со слезами отчаяния на глазах; но она все еще не могла заставить себя сделать выбор.

Перед ней стоял подавленный Вилли Дуглас. Он был одним из тех, кому предстояло покинуть ее.

Вилли выглядел загнанным в тупик; он не мог поверить, что должен уехать. Мария крепко обняла его и поцеловала.

— О, Вилли, я никогда не забуду…

— Ваше величество, — прервал ее Вилли, — мы должны вырвать вас из рук этой жестокой женщины. Мы должны вернуть вас обратно в Шотландию; там ваше место.