Книга Королева Шотландии в плену, страница 25 – Виктория Холт

— Вы всегда выглядите как королева, независимо от того, что на вас надето.

— И у меня еще есть кому льстить мне! Я не могу дождаться, когда увижу Джемми. Он сразу же придет ко мне.

У меня предчувствие, что он не позволит мне оставаться здесь.

— Он приближается. Я уже слышу его шаги, — сказала Джейн.

Дверь отворилась, и на пороге появился Джеймс Стюарт, граф Морэй, незаконнорожденный брат королевы.

— Джемми, — воскликнула Мария и уже хотела броситься и обнять его, когда заметила, что он не один. Его сопровождали графы Мортон и Атол, и по их манерам она поняла, что это был не просто приход брата к сестре: это был визит будущего регента к свергнутой королеве.

Лицо Джеймса не выражало ничего. Она всегда подсмеивалась над ним, говоря, что он холодный, как рыба. А он гордился умением скрывать свои чувства. И теперь он стоял, выпрямившись во весь свой небольшой рост, и походил на своего отца только тем, что был рыжим.

Джеймс Дуглас, граф Мортон, тоже принадлежал к семейству Дугласов, был одним из самых близких друзей Морэя и его приверженцем. Марии не нравился этот человек. Она была уверена, что именно он организовал убийство Риццио; именно между ним и Атолом она вошла в Эдинбург после разгрома у Каберри Хилл. Это было неразумно со стороны Джеймса — прийти навестить ее в компании этих двух мужчин, навевавших ей такие горькие воспоминания.

— Я слышала, что ты приехал, Джеймс, — сдержанно произнесла она. — Я рада видеть тебя.

— Я находился поблизости от Лохлевена и не мог проехать, не нанеся визита.

— Теперь я всего лишь узница, Джеймс.

Джеймс чувствовал себя неловко. Ему очень хотелось поскорее покончить с этим визитом. Он твердо решил не оставаться с Марией наедине и поэтому настоял, чтобы Мортон и Атол сопровождали его, хотя они чувствовали себя столь же неудобно, как и он. Никто из троих мужчин не встречался взглядом с королевой. Она отлично понимала их смущение. Она чувствовала гнев, накипавший в ней против Мортона и Атола, но она помнила, как Джеймс играл с ней, когда она была ребенком, и как позже он говорил ей — и по-своему он был прав, — что если ей понадобится совет, то она должна обратиться к нему. Он часто напоминал ей, что является ее братом, а это должно означать, что между ними крепкие узы.

И пусть другие предупреждали ее насчет него, она никогда не верила им. Ее ошибка заключалась в том, что она доверяла людям со всем своим душевным благородством.

— Я надеюсь, вам здесь удобно? — наконец пробормотал он.

— Удобно! В тюрьме? Ты полагаешь, это возможно, Джеймс?

— Вы здесь в безопасности от ваших врагов… которых множество.

— А я считала, что нахожусь в руках у моих врагов, — слегка артачась, произнесла она и с упреком посмотрела на Мортона, затем на Атола.

— Надеюсь, Вильям и моя мать хорошо обращаются с вами?

Она пожала плечами.

— Они не морят меня голодом, не обращаются со мной плохо физически. Но, как я сказала, я — их узница. Джеймс, я хочу поговорить с тобой… наедине.

Джеймс заколебался. Именно этого он и пытался избежать, но все же понимал, что ему это удастся только в том случае, если он проявит неучтивость, а ему этого вовсе не хотелось.

— О… — смущенно произнес он. Затем повернулся к своим друзьям. — Вы слышали просьбу моей сестры. Вероятно, вам следует оставить нас наедине.