Книга Непреодолимые обстоятельства, страница 118 – Елена Добрынина

На светофоре, пока ожидали зеленого разрешающего сигнала, Рустем потянулся к заднему сиденью и достал букет. Он вновь оказался слишком близко и у Ольги сердце затрепыхалось сначала от того, что он снова нарушает ее личное пространство, а потом, когда увидела букет ирисов в руках мужчины.

— Это тебе. — Рус аккуратно положил цветы ей на колени. Потянулся к рулю — время вышло и зеленый глаз светофора разрешающе моргал. Внедорожник тронулся и Рус снова устремил свое внимание на дорогу.

Отказаться от букета казалось глупым. Разве это что-то изменит? Только создаст видимость, что она ломается.

— Спасибо. — Только и сказала.

В висках билась мысль о том, что он помнит. До сих пор помнит, какие цветы ей нравятся. Нежные, сине-фиолетовые ирисы расправили лепестки, плавно спускаясь к нижу. Они были простые и в то же время удивительные, необычные.

Дождь словно усилился. Дворники работали безостановочно, стирая влагу с лобового стекла. Молчание затянулось, неловко повиснув в салоне авто, и Ольга решилась его нарушить. Не всю же дорогу ехать в безмолвно.

— Дождь будто сильнее стал. — Выдохнула она.

— Угу, — Рус восторжествовал. Неужели ему все-таки удастся разрушить стену обиды и недоверия? — Хорошо, что успел забрать тебя.

Он сказал это так просто, обыденно, что Ольгу накрыло волной воспоминаний. Будто снова едут они в высотку из стекла и бетона в Раменках, по пути болтая обо всем на свете. Будто не было всех этих лет. Так бы и ехала с ним бесконечно долго. Сердце предательски заныло. Она словно падала в пропасть, наслаждаясь близостью с ним, тонула в этом моменте.

Рус привычным движением нажал на панели кнопку и поймал какую-то частоту. Из динамиков полилась спокойная, романтическая мелодия. Наверное, так же он ездит и с женой, с семьей. Они слушают музыку, смеются, болтают, а позади сидят их дети. Реальность вернулась, спуская Ольгу с небес на землю. Как бы ни хотелось, никуда не денешь этих лет.

Пейзаж сменился с городского на неширокую полосу шоссе, которое убегало пока еще через степь вдаль, в сторону Баксана. За окном стремительно темнело, дождь лил, не переставая.

Ольга не знала, как себя вести. Минутная легкость, которая возникла, улетучилась, испарилась. О чем говорить с ним, она не знала. Хотелось сказать столько всего, но какой в этом смысл? Разве что-то изменится от того, что она расспросит Рустема, как он жил эти десять лет?

Ольга нерешительно рассматривала свои руки, словно впервые их видела. Лишь бы не смотреть на него.

— Как ты оказалась здесь? — Задал он вопрос.

— Элеонора помогла, нашла работу после того, как… — Ольга чуть не сказала «потеряла малыша». Нет, она не скажет ему. Это ни к чему. — … как ты обручился. Сергей Степанович — мой директор, ее дальний родственник.

Рустем хмыкнул, не отрывая взгляда от дороги. Он ведь как-то спрашивал у Эли, где Булочка, но та лишь пожала плечами, мол, ничего не знаю об этом.

— Элеонора, значит…

— Да, и я благодарна ей за это. — В голосе Ольги вновь промелькнули холодные нотки. Она на секунду замолчала, а потом все-таки спросила, хотя ум вопил, мол, не стоит. Но ведь сердцу не прикажешь. — А ты? Решил провести отпуск с семьей?

Это прозвучало едко, как издевка. Рус усмехнулся, не сдержалась. Но может, так даже лучше. С чего-то же надо было начать этот сложный разговор.