Книга Дорога радости и слез, страница 45 – Донна Эверхарт

С самого раннего утра зарядил мелкий дождь, и мне подумалось, что с такой погодой вода в Стамперс-Крик и Такасиги никогда не спадет до прежнего уровня. Мне еще никогда не было так плохо. Ни разу прежде я не чувствовала себя настолько несчастной. От висевшей в воздухе влаги кожа на пальцах сморщилась, а от одежды постоянно исходил запах плесени. Кожа вообще сделалась грубой от пота и грязи. Я как можно чаще мыла лицо и руки, однако, сами понимаете, когда вам по нескольку раз приходится таскать воду с речки, чтобы ее вскипятить, желание тратить ее на всякую ерунду, вроде приведения себя в порядок, резко пропадает.

Мы молча собрались и поели каши с сыром, после чего стали хлебать горячий кофе, передавая его друг другу по кругу. Как всегда, после завтрака я почувствовала себя лучше. Папа отер рот и объявил:

— Сегодня я берусь за дело. Будем дом отстраивать.

Мама заметно просияла.

— Ну как, крошка Уолли, готова?

— Да, сэр!

Я обрадовалась не меньше мамы, хотя и не имела ни малейшего понятия, как папа собирается воплотить задуманное в жизнь без инструментов. Полагаю, он и сам этого не знал. Он отправился в сарай, посмотрел по углам, упер руки в бока и поковырял ботинком земляной пол.

— Хм… Молоток есть, а пил нет.

— Да, сэр.

Он окинул взглядом сарай, будто перед ним было поле, которое он определил под севооборот. Разглядывал его папа долго, покуда стена не издала громкий скрип от сильного порыва ветра. Мы поспешно вышли наружу, после чего папа воззрился на крышу.

— Жалко, что его так перекосило. Так бы у нас было где жить, покуда бы мы не закончили строить новый дом. Ну как тут поселишься? Он выглядит так, словно в любую минуту рухнет.

— Да, сэр.

Папа двинулся в направлении леса, а я пошла за ним. Мне так хотелось поскорее взяться за дело, что я едва не наступала ему на пятки.

Лейси было захотела увязаться с нами, но я ей сказала:

— Оставайся с мамой, Лейси.

Она замерла, а я вдруг заколебалась. Может, пусть пойдет с нами? Сестра стояла, понурив голову, и волосы закрывали ее лицо. Можно было не сомневаться, что ее не радовала перспектива остаться с мамой и братом.

Оставив ее стоять там, где она застыла, я переключила внимание на то, что говорил папа.

— Посмотрим, удастся ли нам найти поваленные деревья поприличней. Поскольку инструмента у нас нет, кору придется снимать гвоздодером от молотка.

— Да, сэр.

Мы принялись искать подходящие деревья. Поначалу выбор у нас был богатый. Папа осмотрел несколько стволов поменьше, после чего почесал подбородок.

— Пожалуй, вот эти три, – наконец, сказал он.

Вдруг, по непонятной для меня причине, мне захотелось потолковать с Джо. Интересно, что бы он стал делать в подобном положении? Папа прервал ход моих мыслей.

— Ладно, давай приниматься за дело. Какой толк попусту здесь стоять.

Я была рада, что ему хочется нас занять. Работа – лучшее лекарство от дурных мыслей, и я трудилась изо всех сил, несмотря на то что руки отчаянно болели.

Примерно через час папа остановил меня.

— А ну погодь, – сказал он.

Он заметил следы крови на коре одного из деревьев.

— Твоя кровь? – спросил он, показав пальцем. – У меня-то ран нет, это уж точно.

Я спрятала руки за спину. Мне не хотелось прерываться из-за каких-то пары капелек крови. Папа подался ко мне, схватил меня за запястье и вытащил мою руку из-за спины. Он силком разжал мне пальцы и уставился на рану. Молоденькая, только что образовавшаяся кожица на ладони была сорвана. Рана увеличилась и кровоточила.