Книга Таша из рода Ратингеров, страница 30 – Евгения Кобрина

— Что? Что ты сказала? Что она только что сказала, Ильма? — в гневе шагнул к ним Торин.

Ильма сжала руку племянницы и ответила мужу с милой улыбкой:

— Она сказала, дорогой, что ей шестнадцать лет, а значит, эмоции бушуют в ней. Еще твоя племянница сказала, что хочет больше времени проводить на свежем воздухе, поближе к своему любимому дяде. Что её мать уже научила её всем женским наукам, а значит ей нечего делать в светской с другими молодыми девушками её возраста.

Торин прищурился:

— Она ничего подобного не говорила.

— Разве нет? — картинно вскинула брови Ильма. — А мне показалось, именно это и сказала, — Ильма сильнее сжала руку Таши, призывая ту помалкивать. — Торин, ну правда, что плохого в том, что девочка попробует что-то новое. Уверена, ей быстро надоест, и она с радостью вернется в светскую.

Торин хмыкнул, признавая правоту слов жены, и взглянул на племянницу:

— Только потом не ныть из-за синяков и отбитого на лошади зада.

— Торин! — возмутилась жена.

Он хохотнул:

— А что, пусть привыкает. Или ты думаешь, при ней воины станут вести себя приличнее?

Ильма поджала губы и посмотрела на довольную Ташу. Она, конечно, вступилась за неё перед мужем, чтобы они не столкнулись характерами, но сама думала, как Торин: Ташино желание стать воительницей спонтанное и необдуманное:

— Милая, юной леди все же не место среди грубых воинов. Ты хорошо подумала?

— Да, — кивнула Таша и вскочила с места. — Поможешь мне сшить мужскую одежду? Не могу же я тренироваться в платье.

Через месяц Ильма сама пришла к мужу и сразу покаялась:

— Ты был прав, не стоило Таше разрешать тренироваться со всеми. Её желание стать воительницей глупое и опрометчивое.

Торин усмехнулся. За этот месяц они с женой поменялись во мнениях. С первых дней, как только девочка появилась на тренировочной площадке, он сразу понял, что в этом её призвание. Таша была выносливой, гибкой и сильной для своего возраста и пола. Она была смышленой и отважной, а главное, упрямой, и если у неё что-то не получалось, Таша тренировалась до тех пор, пока не преуспеет в этом. Торин обнял жену и сказал:

— Пусть делает, что хочет.

— Она не может делать, что хочет, Торин. Юная леди не должна носиться по полям на боевом коне и размахивать мечом, — заявила Ильма. — Её место в светской и только там.

— Моя Таша не плакса, — усмехнулся Торин. — А значит с плаксами ей делать нечего. Ей там не место.

Ильма прищурилась:

— Считаешь, что ей место среди воинов?

Торин нахмурился:

— Чем тебя не устраивают воины, женщина?

— Тем, что они мужчины. Взрослые, грубые мужчины. А Таша юная нежная девочка…

— Она наследница сильного рода! — перебил жену Торин.

Ильма подавила раздражение, его аргументы были нелогичны:

— И что же? Принадлежность к древнему роду не делает из девочки бывалого вояку.

Торин взял жену в кольцо своих рук и нежно поцеловал в волосы. Ильма не знала всей правды об их племяннице, никто не знал. И устрой Боги, так и останется. Он улыбнулся:

— Ильма, у тебя целая светская битком набита маленькими, нежными девочками, которых ты воспитываешь на свой манер. Прошу, не будь жадиной, оставь мне мою Ташу. Позволь воспитать её на свой лад.

Женщина подняла голову и заглянула мужу в лицо:

— Она и моя Таша тоже. Она наша названая дочь, Торин, наша единственная дочь. У нас три сына, делай свободных воинов из них. Прошу, оставь Ташу мне.