Книга Таша из рода Ратингеров, страница 66 – Евгения Кобрина

— Я очень рада, — ответила Таша и взглянула на свою горничную, которая уже некоторое время стояла рядом, не решаясь перебить благородных дам: — Что такое?

— Миледи, вода в вашей ванне остывает.

— Ох, конечно, ванна, — опомнилась Амелия и обратилась к Мире. — Мне надо помочь Таше с приготовлениями к её свадьбе. Ты останешься здесь или отвести тебя к отцу?

— Я побуду с вами, — оживилась девочка. — Я не буду мешать.

— Хорошо, — Амелия взяла Ташу под руку и повела в ванную комнату. Девушка насупилась, но открыто упираться не стала, все-таки это её мама. Но Амелия слишком хорошо знала дочь, поэтому предупредила: — Ты примешь ванну и распустишь свои славные косички, нужно как следует промыть твои волосы. Опасаюсь, как бы в них кто-нибудь не завелся.

— Не опасайся, я слежу за своими волосами. В них никто не живет.

Амелия улыбнулась дочери и усадила ту на стул, а потом стала распускать тугие косы, аккуратно снимая с них бусины. Мира с радостью подставила ладошки, собирая бусины сестры. Амелия посмотрела на младшую дочь и с легкостью прочитала все её мысли:

— Даже и не думай. Я не позволю тебе носить такие же косички, как у Таша. Маленькой леди такая прическа не подходит.

Девочка насупилась и стала неимоверно походить на отца, Таша усмехнулась:

— Не расстраивайся Мира. Мы попробуем уговорить маму, и я заплету тебе боевые косички воительницы.

Девочка оживилась и посмотрела на мать, та покачала головой:

— Вряд ли у вас получится меня уговорить. Но даже если я разрешу, ты знаешь, Мира, твой отец будет против, — Амелия пояснила для Таши: — Хьюго неимоверно избаловал дочь. Возится с ней, как с маленькой принцессой, пылинки с неё сдувает. Хьюго точно не захочет, чтобы его принцесса превратилась в воина.

— С папой я договорюсь, — хитро усмехнулась девочка и ушла в комнату рассматривать сокровище, которое только что перекочевало в её ладошки.

Амелия заметила с легкой улыбкой:

— Неимоверно избаловал.

Таша посмотрела на мать:

— Ты счастлива с ним?

— Я люблю его, Таша. Очень сильно люблю.

Девушка была рада за свою мать, которая нашла свое счастье. Она встала со стула и начала расшнуровывать свой жилет. Амелия придирчиво осмотрела дочь, подмечая все шрамы, синяки и ссадины на её коже, и недовольно покачала головой:

— Ты совсем себя не бережешь.

— Я воин, мама, а шрамы — честь для воина.

— Ты прежде всего девушка, а уже потом воин, — напомнила дочери Амелия и помогла той усесться в медной ванне. — Ты не должна уподобляться мужчинам и становиться похожей на них.

Таша закатила глаза: наставления Ильмы слово в слово. Амелия начала промывать волосы дочери, не замечая её недовольства. Когда с этим было покончено, и Таша укуталась в теплый плед, Амелия снова усадила её на стул и начала расчесывать волосы дочери костяным гребнем. Таша блаженно вздохнула, как же давно она не ощущала родных рук матери, не видела её улыбки, не чувствовала её тепла. Девушка накрыла руки Амелии и поцеловала в ладонь:

— Я очень сильно тебя люблю, мама.

— И я очень сильно люблю тебя, Таша. Я каждый день молилась богам, чтобы они даровали мне встречу с тобой. И они услышали мои молитвы.

— Только жаль, что наша встреча имеет побочный эффект. Мне придется выйти замуж.

Амелия тревожно заглянула дочери в глаза: