Книга Невероятный сезон, страница 45 – Розалин Ивз

По крайней мере, он сможет сохранить ее в своей жизни. Калли даже мечтать не могла о чем-то подобном.

Когда некоторое время спустя Грация постучала в дверь, Калли прогнала ее. Затем уставилась в темный потолок, пока ее не сморил сон.

Следующим вечером Обри и Элфинстоуны посетили свой первый бал в сезоне, который устраивала миссис Солсбери. Калли оделась с особой тщательностью, выбрав бледно-голубое шелковое платье с нежной кружевной отделкой, которое шло к оттенку ее глаз. Мысль о бале не принесла ей удовольствия, и это разочаровывало, поскольку предвкушение составляло немалую часть радости от выхода в свет, но она знала, что на нее будут смотреть как на недавно обрученную девушку, чудом избежавшую скандала. Она никому не даст повода думать, что сожалеет о своем выборе.

Она поправила жемчуг на шее и уставилась в отражение, рассеянно размышляя, счел бы ее хорошенькой мистер Генри Солсбери. Ее руки замерли. Она больше не могла рассчитывать на него. Что он думает о ней? Поверил ли в скандальные слухи?

Калли старалась не вспоминать о мистере Солсбери, пока они ехали по темнеющим улицам Лондона. И поэтому, конечно, ей было сложно сконцентрироваться на чем-то другом. Она решила, что будет избегать его весь вечер, вместо того, чтобы смириться с переменой в их отношениях, но тут же ей захотелось, чтобы он увидел ее и, возможно, пригласил на танец.

Она также старалась не думать об Адаме, который, несомненно, пригласит ее танцевать, а потом будет бродить по залу, следуя за Талией.

Величественные парадные двери особняка Солсбери, расположенного недалеко от Гросвенор-сквер, были широко распахнуты. У входа стояли лакеи, держа в руках канделябры со свечами. Калли позволила груму дяди Джона помочь ей выйти из экипажа и последовала за тетей и дядей в холл. Дядя отнес их плащи в гардеробную, затем присоединился к ним, пока они поднимались по лестнице в бальный зал, где семья Солсбери выстроилась в линию, принимая гостей.

Энн Солсбери сияла, ее светло-рыжие локоны были аккуратно уложены на голове и перехвачены нитью жемчуга. На ней было бледно-голубое платье с зелеными лентами, украшающими подол, и когда Калли подошла, та заключила ее в объятия, обдав ароматом лаванды.

— О, как я рада видеть дружеское лицо! Среди гостей так много друзей моей матери и тех, кто был знаком с отцом, – но я чувствую, нам с вами суждено стать подругами. Кстати, примите мои поздравления с помолвкой.

— Спасибо. И примите мои поздравления! Вы прекрасно выглядите, и ваш вечер, судя по всему, вполне успешен.

Энн усмехнулась.

— Хотела бы на это надеяться. Но буду рада, когда приветствия окончатся, и можно будет пойти танцевать. Думаю, Генри надеялся пригласить вас на танец.

Мистер Солсбери выглянул из-за плеча матери.

— Генри вполне способен сам попросить об этом, но спасибо тебе. – Он улыбнулся Калли, продемонстрировав ямочки на щеках, как у Энн, отчего все внутри у Калли перевернулось. – Что скажете, мисс Каллиопа Обри? Подойду ли я для первого танца?

Калли обнаружила, что ее энтузиазм относительно бала стремительно возрос, и присела в реверансе.

— Более чем. – Она не смогла подавить чувство самодовольства… так Адаму и надо, она уже приглашена на первый танец, а он даже не потрудился попросить ее об этом. Калли последовала за остальными членами семьи в бальный зал, где, объявленные, их имена смешались с шумом собравшейся толпы. Адам нашел их через несколько минут, неся бокалы с лимонадом для дам. Его взгляд скользнул по всем, прежде чем остановиться на Калли.