Книга Звезда Давида, страница 69 – Константин Волошин

Анюте было приятно слышать такие слова. Она взяла дочь, и та, узнав мать, заулыбалась и загукала удовлетворённо.

— И как там наш воевода? – с блеском в глазах спросила Дарья.

— Сносно, – неопределённо ответила Анюта. – Жаловаться не приходится. Но… Сама знаешь, не такой уж молодой, не то что мой Егорушка.

— А как же с ним? С Егором-то? Чай, боишься?

— А то! Ещё побьёт, а я страсть как боюсь. Да когда то ещё будет, – беспечно ответила Анна. – Посмотрим, как дела пойдут.

— Загадками говоришь, Анюта. Или что намечается? Его жена-то совсем плоха, слышала. Вдруг тебе что и достанется получше Егора.

— Да брось ты! Я об том и не думаю. Рано ещё.

Дочь заснула, Анюта попрощалась с кормилицей и поспешила помочь Нюре. Та с трудом могла как-то вести хозяйство, а отец никак не хотел жениться. Всё выжидал чего-то. Вечером Нюра лежала рядом с Анной и говорила странные вещи.

— Что-то тятька зачастил к Никитичу. С чего бы так?

— Разве он ничего тебе не сказал? – удивилась Анна. – Может, снова задумал в торговые дела удариться? Мало он страху натерпелся! И мы с ним!

— Может, и так, да что тогда мне делать одной с таким хозяйством? Страшно.

— Трудно будет. Да вряд ли твой тятька такое сделает. Разве можно тебя в такой дыре одну оставлять? Что-нибудь придумает. К тому же мы с Егором будем рядом. Проживём!

— Не знаю. Тятька помалкивает, а мне страшно спросить. То мужские дела.

— Вестимо, Нюрочка. Да когда то будет? Ещё лето не началось.

Теперь почти каждую ночь Анне приходилось ночевать в воеводской обширной избе. И женщина поняла, что такая жизнь ей вполне по вкусу. Изысканная обильная еда, никакой работы по дому. Лишь иногда воеводша при встрече бросала в сторону Анны свирепый взгляд, полный ненависти и злобы, хотя сама она едва передвигалась на отёкших ногах и больше лежала в крохотной горенке за толстой дверью, куда никакие звуки не проникали.

И Анна постепенно, незаметно и настойчиво влияла на воеводу. Он уже одарил её несколькими дорогими безделушками, и такое поведение воеводы подталкивало любовницу на более активные и выгодные действия.

Она хорошо изучила характер Василия и была уверена в том, что сможет попытать его на более крупные дары. Молодая женщина уже знала из намёков, что ценностей у него достаточно. Да и у жены его она заметила дорогие серьги, а на пальцах – перстни с камнями внушительных размеров.

Однажды, подпоив воеводу больше обычного, Анна разговорила его, и тот поведал ей об одной драгоценности, заметив в конце тихо и боязливо:

— То большая тайна, Анюта. Не проболтайся, смотри! Дед приобрёл её странным образом, когда ездил с князем в Орду. То было почти сто лет тому назад.

— А при чём тут тайна? – распаляла любопытством Анна его болтливость. – Мало ли в Орде ценностей скопилось за столько лет. А что за ценность такая? Тайны меня не интересуют. Вот камушки – куда ни шло, Вася.

Он долго молчал, и женщина подумала, что он приснул. Но воевода вновь заговорил почти неслышно:

— Я видел ту штуковину всего два раза, а о тайне мне поведал батя. Он тогда в поход с князем собирался, а я был его единственный сын. Остальные померли в мор, и сестра одна умерла. Отец боялся, что не вернётся из похода и не сможет передать мне семейную ценность, вот тогда я и узнал тайну той вещи. Тятя называл её «Звездой Давида». Я тогда мало что понимал в украшениях, но сейчас мне стало ясно, что она очень ценная.