Книга Принцесса Сливового Аромата, страница 19 – Виктория Воронина

Гунь посмотрела на девушку с нескрываемой ненавистью, без слов говорившей Мей Фэн, что она обрела себе смертельного врага на всю жизнь. Желание жестоко отомстить за оскорбительный смех читалось в её прекрасных, тонко очерченных глазах. А тут ещё Яшмовый Дракончик, который не любил злобную фаворитку императора, подбежал к ней и, подняв заднюю правую лапку, помочился на шлейф её парчового платья.

Сделав своё дело, четверолапый вредитель тут же побежал к Мей Фэн, уверенный в том, что девушка его защитит. А Гунь громко воскликнула от возмущения и, повернувшись к императору, громко потребовала:

— Государь, посмотрите, что наделал этот негодный щенок!!! Отдайте его корейцам на жаркое!

Мей Фэн проворно схватила провинившегося пекинеса, прижала его к своей груди и сказала:

— Простите, Государь, я не уследила за пёсиком Вашей матери Юй Лун Эром.

— Гунь, нельзя причинять зло священным собачкам Фу – потомкам Небесного Льва и священной Обезьяны – Небеса не оставят их обиду без внимания, – примирительно ответил император своей фаворитке. – Должно быть, сегодня ты чем-то прогневила какое-то божество, если тебя постоянно преследуют неудачи. Я тебя освобождаю от состязания и не сомневаюсь, что в будущем тебе непременно повезёт. Итак, третья и последняя тема поэтического состязания – «Перемены и непостоянство мира».

Мей Фэн посмотрела на молодого гогуна, стараясь понять, будет ли он дальше состязаться с нею. То, что он замечательный знаток поэзии выявила его замечательная декламация стихов малоизвестного поэта Лю Чжэня. Но Цай Юнь молчал, и у девушки сложилось впечатление, что он даёт ей возможность одержать победу, поступаясь собственными интересами. Мей Фэн глубоко вздохнула и отлично поставленным голосом продекламировала следующее стихотворение Ван Бо об осени и жизненных переменах:

Поднимешь занавески к ночи –

Дождь с запада летит.

Здесь тучки лёгкие всё время

В реке отражены:

Как много осеней минуло –

И сколько перемен!

Нет былых владык,

А за оградой безмятежно

Всё так же течёт, течёт Чанцзян.

Император Чжун благосклонно кивнул головой, и тут признавая победу Мей Фэн. Она выпила последнюю чарку вина, и природный распорядитель провозгласил:

— Кувшинчик госпожи Лю пуст! Победитель поэтического турнира – она!

— Наградить госпожу Лю вторым Нефритовым Императорским диском, – велел Государь.

Придворный распорядитель преподнёс Мей Фэн Императорский диск из зелёного нефрита. Вне себя от радости по поводу одержанной ею победы Мей Фэн низко поклонилась императору и привязала награду за шёлковый шнурок к своему поясу. Среди придворных раздалось оживлённое шушуканье. Всем бросилось в глаза, как оказался император недовольным промахом своей фаворитки и его явная благосклонность к юной Первой даме свиты Второго принца. Некоторые лица решили, что Государь охладел к Гунь и следующей Драгоценной Наложницей станет Мей Фэн.

Разумеется, эти предположения строились даже не шёпотом, а полушёпотом, и пересуды до главных фигурантов придворных сплетен они не дошли. Но Гунь даже по выражению лиц царедворцев могла понять, о чём они толкуют. Мрачнее тучи она покинула праздник, и веселье продолжалось без неё.

Мей Фэн сидела, покачиваясь, на своём месте. Лёгкое виноградное вино оказалось на самом деле крепким, и она опьянела. Лица и фигуры окружающих её людей мелькали перед нею со скоростью осеннего ветра и бешено кружились подобно опавшим листьям. Девушка снова хихикнула, вспоминая раздосадованное лицо Гунь, и тут же поискала взглядом молодого гогуна. Цай Юнь стоял в стороне от всех на берегу дворцового пруда и задумчиво смотрел на тёмную воду.