Книга Под мраморным небом, страница 163 – Джон Шорс

Три дня мы ехали через горы по узкой каменистой тропе. Низам выказывал беспокойство, потому что из-за густых деревьев на нас в любое мгновение могли неожиданно напасть недруги. Мой спутник держал меч на коленях, а мне показал, как заряжать мушкет, и привязал ружье к моему седлу, чтобы оно находилось у меня под рукой. Мушкет был длинный и тяжелый, но я решила, что при необходимости сумею прицелиться и выстрелить.

Несколько раз на пути нам встречались маленькие группы деканцев. Они, как правило, шли пешком и нас не тревожили. Иногда мы видели женщин, собирающих ягоды, и мужчин, с копьями охотящихся на кабанов. У одной девушки я обменяла сушеную рыбу на горсть ягод, и мы впервые в течение нескольких недель полакомились свежей растительной пищей.

Чем ближе мы подходили к Биджапуру, тем чаще видели приметы войны. В горах было много укреплений. Эти сооружения из каменных плит представляли собой стены, зачастую с башнями на обоих концах, возведенные на каждой стороне какого-нибудь кряжа. На стенах стояли воины, молча обозревавшие лежащую внизу округу.

Мы также встречали военные отряды числом от нескольких сотен пеших воинов до горстки конников. Избежать с ними встречи было невозможно, но деканцы, как ни странно, не доставляли нам неприятностей. Иногда они интересовались, откуда мы держим путь, и мы лгали не задумываясь. Мы выглядели как они, говорили на их наречии, и потому нам верили. У воинов вид был изнуренный, многие были ранены, и все неловко обращались с оружием. Однажды Низам, набравшись смелости, спросил про отряды Аламгира. Ему ответили, что они проехали через долину неделю назад. Они пытались захватить высотные укрепления, но их атаки были отбиты, хотя эти победы достались деканцам дорогой ценой. Некоторые считали, что войска Аламгира отступили на север, в свои города, другие утверждали, что они продвинулись еще глубже на юг. Я и Низам осмысливали эти сведения, испытывая сходные чувства. Нам было грустно слышать про сражения, но, по крайней мере, войска Аламгира находились далеко от Биджапура.

Через день мы достигли главного оплота деканцев. Биджапур почти ничем не отличался от других городов: здесь были мощеные улицы, базары, дворцы. И все же это был город, в который пришла война. Всюду были заметны следы недавних сражений: сожженные дома, разрушенные укрепления, ряды изувеченных мертвых тел, которые еще не успели похоронить или предать огню. В центре Биджапура стоял форт – круглое по форме прочное сооружение из камня, скрепленного известковым раствором. На стенах были установлены пушки, возле которых дежурили воины в шлемах. За высокими стенами крепости виднелись примерно два десятка крыш.

Мы оставили лошадей в находившихся поблизости конюшнях и зашагали к форту. Крепость была построена на каменистом возвышении, и солдаты сверху наблюдали, как мы поднимаемся. Стражники, стоявшие на скате, ведшем к главным воротам, ни о чем нас не спросили, но внимательно следили за каждым нашим движением. Они были в доспехах и в руках держали копья. Вдоль стены над воротами стояли еще десять воинов; дула их мушкетов были нацелены вниз.

— Думаешь, это мудро? – шепнул Низам, когда мы миновали ворота.

Теперь, когда мы были так близко к Исе и Арджуманд, я отказывалась тратить время на обдумывание новых шагов. Сейчас это было исключено, ведь каждое промелькнувшее мгновение приближало меня к горячо любимым мной людям и мне хотелось только одного – сбросить сандалии и бежать к ним, обнять их и никогда не отпускать. Поэтому, хоть меня и грызли сомнения, я сказала, постаравшись придать уверенность своему голосу: