Книга Гувернантка из Лидброк-Гроув, страница 66 – Виктория Воронина

— В данный момент леди Джиневра Хоум готовится пойти под венец с маркизом Морли, который сделал ей предложение месяц назад. Она снова выбрала громкий титул, а не любовь, - спокойно произнес Дориан и ласково привлек меня к себе. – Эмма, не сомневайся в моей самой горячей привязанности к тебе. Я подчеркнуто одаривал вниманием графиню, чтобы пресечь слухи на твой счет с целью уберечь твою репутацию. И мне это удалось – мои соседи поверили, что мое сердце принадлежит графине Хоум, а к тебе я равнодушен. Моя вина в том, что я забыл предупредить тебя об этой игре на публику. Мне казалось, я так плохо скрываю свою любовь к тебе, что не нужно объяснять, кому на самом деле принадлежит мое сердце.

— Вы и графиня выглядели безупречно идеальной и красивой парой. Казалось, что мне – скромной гувернантке Мэллоунов – никогда не сравниться с леди Джиневрой, - призналась я в своих потаенных переживаниях.

— Нет, Эмма, это не так! Ты – лучшая, самая лучшая девушка на свете! – пылко воскликнул Дориан, преданно смотря на меня.

Наши губы оказались в опасной близости, но в эту минуту меня больше ничто не пугало – ни репутация, ни осуждение людей. Наши уста слились в продолжительном сладостном поцелуе, и это первое тесное прикосновение вознесло меня прямо на Небеса. Все мои мечты оказались исполненными, и сердце в моей груди зажглось незатухающим пламенем, по сравнению с которым все прежние мои сердечные привязанности казались маленькими огоньками еле тлеющих свечей.

Но недобрый взгляд заставил меня вздрогнуть. Прямо из высоких кустов можжевельника выступил вперед Николас Эндервилль, продолжая сверлить меня при этом своим пронзительным, недоброжелательным взглядом – взглядом врага. Он подействовал на меня как ушат ледяной воды, и я испуганно отпрянула от Дориана.

— Что с тобой, дорогая? – обеспокоенно спросил у меня Дориан.

Я молча показала ему на его кузена, который исподволь проник в наше уединение как злокозненный Змей в райский сад Эдема.

Дориан нахмурился и неприязненно спросил, всем своим видом показывая, что появление его единственного родственника не доставило ему никакой радости:

— Чем обязаан твоему приходу, Николас?

— Нам нужно поговорить, - отрывисто ответил его кузен. И покосился в мою сторону: - Без лишних свидетелей.

— Хорошо, иди в Торнбери, - с видимым сожалением, что наш с ним тет-а-тет был нарушен, произнес молодой баронет. – Я и мисс Линн придем в поместье чуть позже.

Ответ Дориана удовлетворил Николаса и он, размашисто шагая, пошел дальше по лесной тропинке. Дориан, видя, как взволновал меня неурочный приезд его кузена, заботливо провел меня до самой моей комнаты и отправился выяснять, с какой целью Николас явился в Торнбери.

Я осталась одна, но мое беспокойство росло. Мне представилось, что Николас каким-то образом причинит зло Дориану и, не выдержав тягостного ожидания, я направилась к кабинету хозяина поместья узнать, какого рода разговор происходит между двумя кузенами.

Между тем объеснение между ними сделалось настолько бурным, что их громкие голоса сделались явственными уже в коридоре.

— Я не должен снова покрывать твой карточный долг, Николас! – гремел голос Дориана. – Два месяца назад я четко и определенно сказал тебе, что это последний раз, когда я плачу за твои безрассудные траты и мотовство. Возьмись наконец за ум и начни жизнь достойного джентльмена!