Книга Наследники Вещего Олега. Годы золотой славы, страница 38 – Виктория Воронина

Видя, что все собравшиеся согласны со словами его Вещего дяди молодой князь тоже согласился начать мирные переговоры с уграми.

— Решено, нынче вечером я еду к князю Алмошу, - заключил Вещий Олег. – Поеду я один, чтобы не вызвать никаких подозрений у незваных гостей, пусть чувствуют себя в полной безопасности.

— Но, вуй, это может быть опасным для тебя, - заволновался Игорь за судьбу своего старшего родственника. – Давай, я поеду вместе с тобою.

— Не бойся за меня, Игорь, время моей смерти еще не настало, - успокоил Олег племянника. – Мадьяры горячи, но не двуличны как хазары, с ними можно вести переговоры.

Приняв решение, Вещий князь велел конюхам привести своего коня Факси, на нем он отправился вечером к становищу угров, выехав за крепостные стены детинца Киева.

Вечерняя заря угасала, и постепенно смолкал лай собак, живущих возле крепостных укреплений Киева. В воздухе, еще светлом, хотя уже не озаряемом лучами закатного солнца, начали появляться и густеть длинные тени. Олег въехал на высокий холм, быстро получивший у киевлян название Угорской горы после появления мадьяр. У его ног тянулась большая долина, заполненная множеством походных кибиток угров и горящих костров: прямо, напротив, возвышался густой лес. Густая, высокая трава на дне долины мокрела ровной скатертью после недавнего дождя. Широкий Днепр огибал ее уходящим от Олега полукругом; стальные отблески воды, изредка и смутно мерцая, обозначали его течение. В воздухе быстро синело – то была синева ночи с первыми, выступившими на небе звездами. Холм, на котором находился Вещий Князь, спускался вниз почти отвесным обрывом; его громадные очертания отделялись, темнея, от синеватой воздушной пустоты. И прямо под князем, в углу, образованном обрывом и равниной, возле реки под самой крутизной холма, ярко пламенели и дымились друг подле друга ближайшие к Олегу костры угров. Возле них копошились женщины и дети, колебались тени едущих всадников. Дозорные мадьяр в свой черед заметили Олега и направились к нему.

Вещий князь повернул коня вниз, и верный Факси легко преодолел опасный спуск, небрежно перебирая своими копытами. Воины с косичками во все глаза смотрели на вражеского предводителя, столь отличного от них по внешнему виду – высокого и светловолосого. Его гордое одиночество защищало его лучше всякой охраны, уверенность Олега в собственной неприкосновенности внушала мадьярам почтение к нему и какой-то непонятный страх. Они даже не осмеливались приблизиться к нему вплотную.

— Проводите меня к своему вождю, воины, - обратился к ним Олег на хазарском языке, который хорошо понимали все жители степи, и мадьяры послушно поехали вперед, показывая ему дорогу к высокому шатру Алмоша.

Но прежде чем предстать перед вождем угров, Олегу пришлось пройти через обряд очищения огнем. Кочевые мадьяры были огнепоклонниками, и они не создавали себе идолов. Главный шаман угров, прикрыв себе рот белой тканью, чтобы не осквернить своим дыханием священное пламя, напевая молитвы, бросал в огонь сандаловые палочки, а двое его сподручных изо всех сил били в свои бубны при большом стечении сбежавшегося к костру народа. Когда под равнодушным взглядом истукана славянского Рода пламя взметнулось высоко вверх, устремляясь к темному небу, Олег встал так, чтобы дым окутал его со всех сторон, и вышел из-за дымовой завесы только по знаку главного шамана, посчитавшего, что пришелец полностью очистился огнем, и не будет представлять собой опасности для племени Моджара.