Книга Наследники Вещего Олега. Годы золотой славы, страница 72 – Виктория Воронина

Под вершиной деревца

Соколы-то гнезда вьют – они яйца несут,

А они яйца несут, малых детушек ведут!

Посередь деревца пчелы ярые сидят,

Пчелы ярые сидят, много меду надышат,

Ах, много меду надышат,

Про нас квасу насытят!

У комля деревца дубовые столы стоят,

Дубовые столы стоят – звончатые гусли лежат.

Ах, кому в гусли играть, все поигрывать?

Ай, вот играть ли не играть

Молодому с молодой.

Молодому с молодой!

Эта величальная песня обеспечивала молодым семьям медовое счастье и много сыновей и дочерей. Одарив поющих детей пряниками и прочими сладостями, молодые пары тут же принимались облачаться в свои лучшие наряды, спеша к капищу Рода славить великого бога – создателя Вселенной и богиню любви Ладу за дарованное им семейное счастье и новую жизнь, зреющую в чревах молодых женщин, которые недавно вышли замуж. В этот великий день русичи не боялись злых сил тьмы. Как никогда Навь была бессильна на Красную горку и женщины охотно показывали свои округлившиеся животы как самое верное доказательство того, что они не бесплодны. Молодую невестку Вещего Олега Леславу народ встретил одобрительным гулом – ее живот был самым большим и округлившимся. А вот на плоский живот Ольги люди смотрели с состраданием и недоумением.

— Как видно, княжеский терем посетит только один золотой лебедь Лады. Вот горе, вот беда! - то и дело шептались они, обсуждая эту новость. Главный волхв Рода – Всевед – выразился еще более сурово.

— Если к вьюнишникам молодая жена не забрюхатела – брак будет бесплодным! – заявил он, скорбно качая головой, полностью уверенный в правдивости своего мрачного пророчества.

— Типун тебе на язык, Всевед! – рассердился на волхва Вещий князь, и, повернувшись к народу, он твердо сказал: - Не сомневайтесь, добрые люди, будет сын у князя Игоря и моей дочери Ольги. И он своим великими воинскими подвигами прославит Русь среди всех прочих народов!

— У великих князей Доля по иному складывается, так что не суди поспешно, почтенный служитель Рода о судьбе моих детей, - тоже предостерегающе сказала княгиня Ефанда Всеведу.

Жители Ладоги поверили Вещему Олегу и его сестре, и больше ничто не омрачало их души. Когда стемнело, они зажгли большой костер посреди капища и, дружно подняв руки, начали славить Рода и Ладу. Потом начались игры, песни и веселые танцы, прогоняющие всякую печаль из человеческого сердца. Но в душе Ольги остался горький осадок. Несмотря на заступничество отца и свекрови молодая княгиня пережила самое тяжелое публичное унижение в своей жизни, и она поклялась самой себе, что когда Игорь вернется в Ладогу, она непременно поговорит с ним начистоту и заставит его выполнить его супружеский долг по отношению к ней.

» Глава одиннадцатая

Летом Вещий Олег задумал окончательно перебраться в Киев, но прежде он озаботился тем, чтобы оставить Север Руси в надежных руках. Если Ладога как и прежде мыслилась ему под управлением его сестры-близнеца Ефанды, то в Великом Новгороде ему нужно было передать власть посаднику, который бы устраивал и его самого, и непокорных новгородцев. Напрасно сын Олежек молил сделать новгородским князем его, упирая на их близкое кровное родство, - Вещий Олег не пожелал наделить верховной княжеской властью единственного сына. Только Игорь, сын Рюрика, в его понимании должен был править всей Русью, да и не доверял Вещий Олег своенравному отпрыску, чем разобидел его окончательно.